Книга Мой муж меня не заказывал, страница 95 – Лизирин

По лицу вижу, что вечер удался, сказал он. У тебя либо новая улика, либо новый повод для семейного скандала, либо, что куда интереснее, и то и другое сразу.

Я чуть склонилась, машинально проводя пальцами между его ушами.

Ты слишком хорошо меня знаешь.

Это не заслуга, заметил он. Это следствие. Ты очень последовательна в своём хаосе.

За моей спиной раздался сухой, как старый лист под ботинком, голос:

— Рад, что хотя бы кто-то в этом доме доволен вашим возвращением, миледи.

Я выпрямилась и обернулась.

Грегор стоял в нескольких шагах от лестницы, как всегда безупречно прямой, безупречно собранный и безупречно похожий на человека, который лично не одобряет ни поздние возвращения, ни дворцовые приёмы, ни то, что коты в этом доме ходят по ночам так, будто их никто никогда не спрашивал о правилах.

— Грегор, — сказала я мягко, сразу чувствуя, как где-то внутри шевельнулось то самое настроение, в котором хочется либо обнять человека, либо начать методично действовать ему на нервы, пока он не подаст хоть один признак жизни. — Вы не спите? Как неожиданно. А я-то думала, вас на ночь аккуратно складывают в шкаф рядом с серебром и безупречными салфетками.

Если бы не слишком многодневное знакомство, я решила бы, что он вообще никак не отреагировал.

Но я уже умела ловить эти почти несуществующие сдвиги. Чуть более долгую паузу. Едва заметно потяжелевший взгляд. Лёгкий, почти невидимый вдох.

— Боюсь, — произнёс он наконец, — если бы меня действительно можно было складывать в шкаф, жизнь в этом доме была бы куда тише.

— Не уверена, — заметила я, снимая на ходу серьги и передавая их подошедшей Норе. — Отсутствие вас породило бы у меня нездоровое чувство вседозволенности.

— Оно у вас и так, как я вижу, чувствует себя прекрасно.

— Завидуете?

— Опасаюсь.

Морр тихо, очень неприлично фыркнул.

Я начинаю его уважать, сообщил он.

Не надо, у меня на него уже свои планы, ответила я мысленно и снова посмотрела на Грегора.

— Скажите честно, вы весь вечер репетировали сухие ответы или это врождённый талант?

— Служба приучает к необходимому.

— Какая печальная формулировка. А я-то надеялась, что в вас где-то глубоко есть дикий, неукротимый дух.

— Он очень глубоко, миледи.

— Жаль. Я бы на него посмотрела.

Нора, стоявшая чуть сбоку с серьгами в руках, опустила голову с таким видом, будто отчаянно старалась не улыбнуться.

Грегор это заметил. Я — тоже. И от этого стало ещё веселее.

— Нора, — сказала я, поворачиваясь к девушке, — если я однажды всё же доведу его до настоящей улыбки, ты станешь свидетелем исторического события.

— Миледи, — пробормотала Нора, уже почти не скрывая улыбки, — мне кажется, милорд де Кассель будет против, если вы превратите дом в арену для подобных экспериментов.

— Прекрасно, — кивнула я. — Значит, мотивация ещё сильнее.

Грегор перевёл взгляд на Диона, который за всё это время не сказал ни слова, но и не ушёл, а стоял чуть поодаль, снимая перчатки с тем сосредоточенным молчанием, за которым обычно пряталось куда больше, чем казалось. На его лице не осталось ни придворной маски, ни той почти демонстративной сдержанности, с которой он держался на приёме. Здесь, в полумраке собственного дома, он выглядел усталым — не сломанным, нет, — просто человеком, который слишком много часов подряд следил одновременно за залом, за кронпринцем, за женой, за собственными руками и словами и теперь ещё не решил, позволено ли ему наконец хотя бы немного выдохнуть.