Книга Истинная для дикарей, страница 2 – Шарлотта Эйзинбург

— Я вам не самочка, — процедила я, чувствуя, как к горлу подкатывает желчь. Ужасно хотелось снять этот дурацкий халат, под которым я уже вся взмокла. — И я понятия не имею, о какой крови вы говорите. Вызовите скорую.

Я села и зажмурилась, ожидая, что сейчас от резкого перепада пространства организм выдаст какую-нибудь жуткую реакцию, но нейротоксин парадоксальным образом начал отступать. Осталась лишь звенящая слабость в мышцах.

— Запах Разлома слишком сильный. Если Старейшины почуют, что мы использовали Запретный Зов... — напряженно произнес брюнет со шрамом. На его скулах заходили желваки. — Нас четвертуют. Вытащить кого-то из-за Грани ради своего гона — это безумие, Дайрен!

— Зато мы не сойдём с ума и не перегрызем друг другу глотки к утру, — огрызнулся блондин. — Неси её в нижние хранилища. Живо.

Третий, так и не сказав ни слова, подошёл ко мне ближе, его пальцы, горячие как угли, сомкнулись на моей талии сквозь халат. Я мгновенно считала симптомы: учащённый пульс, агрессивное доминирование и тяжёлый феромонный фон. Сезон спаривания. И я — единственная доступная особь на их территории.

Он легко закинул меня на плечо и пошёл вперёд.

— Пусти, — я слабо ударила его кулаком по спине. — Вы нарушаете мои личные границы!

— Твои границы остались в другом мире, — глухо ответил он, пока мой живот больно впечатывался в его литые мышцы при каждом шаге. — Теперь ты в землях Аш-Тар. И сезон Охоты начался.

Меня пронесли по каким-то тёмным коридорам и швырнули на широкую тахту в помещении, где густо пахло очень терпким вином.

— Снимай с неё это уродство, — скомандовал брюнет, подходя ближе. — Если кто-то увидит эти ткани, нас раскроют. Оденем её в тунику послушницы.

— Эй, полегче, это казённое имущество! — возмутилась я, когда грубые пальцы с хищными, удлиненными ногтями безжалостно разорвали плотный ворот моего медицинского халата. Пуговицы со звоном брызнули на каменный пол.

Кевларовые и нитриловые перчатки полетели в угол. За ними последовала рубашка от хирургического костюма. Я рефлекторно скрестила руки на груди, оставшись в одном спортивном топе. Моё тело, привыкшее к регулярным силовым нагрузкам и йоге, было подтянутым, но спрятать свои естественные, женственные объемы под тонкой тканью топа было невозможно.

И тут в комнате повисла абсолютно мёртвая, звенящая тишина.

Я подняла взгляд. Все трое смотрели на меня так, словно я внезапно отрастила вторую голову. Их вертикальные зрачки расширились, почти полностью затопив золотистую радужку.

— Вы чего зависли? — нервно спросила я. — Женщин в спортивном белье никогда не видели?

Брюнет со шрамом шумно, со свистом втянул воздух. Он медленно, словно под гипнозом, протянул руку. Его горячие, шершавые пальцы коснулись ложбинки между моих грудей, прямо над краем топа. От этого невесомого прикосновения меня прошило током.

— У неё... — хрипло выдохнул блондин, делая нерешительный шаг ко мне, словно я была ожившей статуей. — Боги, Каэл, посмотри на её формы. У нее есть молочные железы. Она выглядит в точности как Первые Матери на древних храмовых фресках. Она создана для того, чтобы носить и кормить наших детёнышей.

Мой затуманенный токсином мозг мгновенно зацепился за формулировку. «Создано для выкармливания»? То есть местные самки этого лишены? Какая же ветвь эволюции здесь, чёрт возьми, пошла не так?