Книга Я приручила безумного Генерала, страница 32 – Аматариэль Джулианна Кортес

— Хозяйка, — сказал я, собирая все крупицы оставшихся сил, чтобы голос звучал уверенно.

— Что?

— Тот человек… наемник. Он сказал…

Я отчетливо вспомнил последние секунды его жалкой жизни и слова, которые он выплюнул вместе с кровью. Те самые слова, что я выбил из него, когда Хозяйка стояла слишком далеко и не могла слышать, за мгновение до того, как я проломил его череп о каменную стену.

Глаза Боры мгновенно потемнели, потеряв остатки сна, и стали пугающе серьезными.

— Что он сказал?

— «Тень Дракона».

Бора побледнела так резко, словно из нее разом выкачали всю кровь. Она знала это имя. Её руки непроизвольно сжались в кулаки.

— Тень Дракона… — ее голос дрогнул. — Тайная организация при императорском дворе. Их личные, цепные убийцы, которых спускают только по приказу с самого верха…

Она замолчала, до крови прикусив нижнюю губу. В комнате повисла тяжелая, звенящая тишина.

— Это не Чхве, — произнесла она наконец совсем тихо, глядя куда-то сквозь меня, в пустоту. Голос звучал надломленно. — Это не мелкая месть уязвленного, отвергнутого жениха. Это большая политика. Кто-то там, наверху, хочет стереть род Ён с лица земли.

Она медленно перевела взгляд на меня. В её расширившихся глазах плескался страх. Не женская паника, а настоящий, ледяной, взрослый страх перед безжалостной силой, которую нельзя победить одним только мастерским взмахом меча.

— Мы в беде, Уджин, в очень большой беде. Мы перешли дорогу тем, кого не победить.

Я стиснул зубы и, игнорируя боль в груди, заставил себя сесть на кровати. Комната качнулась, но я удержал равновесие.

— Не бойтесь, — сказал я твердо, и мой голос больше не дрожал.

Я протянул руку и взял ее ладонь, которой она гладила мои окровавленные волосы прошлой ночью. Медленно, не сводя с нее тяжелого взгляда, поднес к своим губам. И, глядя прямо в её расширенные от удивления глаза, благоговейно коснулся пересохшими губами ее костяшек. Это был не жест раба. Это был жест вассала, клятва верности рыцаря своей Госпоже.

— Пусть приходят Драконы, — тихо, но с абсолютной уверенностью произнес я. — Я оторву им крылья и брошу к вашим ногам. Вы только прикажите.

Она смотрела на меня сверху вниз с нескрываемым изумлением, которое медленно, очень медленно смешивалось с чем-то еще… с отчаянной надеждой? Властный блеск снова начал возвращаться в её глаза.

— Приказываю, — прошептала она, и в этом шепоте снова зазвучала сталь моей Хозяйки. — Выздоравливай быстрее, Уджин. Нам предстоит война.

Раны на теле Соль Уджина затягивались с пугающей скоростью.

Там, где у обычного человека плоть гнила бы месяцами, у него уже через неделю осталась лишь розовая, молодая кожа. Только на груди, там, где ударил магический «Огонь Бездны», остался шрам. Уродливое, бугристое пятно, похожее на расплескавшиеся чернила.

Я смотрела, как он тренируется во внутреннем дворе.

Было раннее утро. Туман еще не сошел с черепичных крыш, воздух был сырым и прохладным. Уджин был по пояс обнажен. Он отрабатывал удары с деревянным мечом — настоящий я пока запретила ему брать, опасаясь, что он в пылу тренировки снесет несущую колонну веранды.

Вжих. Вжих. Вжих.

Его движения были гипнотическими. Он двигался не как человек, а как поток воды или как тень. После той ночи, когда он вырезал отряд убийц, его аура изменилась. Она стала… гуще. Словно тьма, дремавшая в нем, проснулась, потянулась и теперь лениво наблюдала за миром через его глаза.