Книга Гимлеон. Интоксикация, страница 107 – Реа Мар

В тот день папино «его больше нет» разрезало воздух на до и после.

Я не поверила. Рванула по коридору ГИЦа к его палате, задыхаясь от ужаса. Отец бежал за мной, пытался удержать, схватил за плечи уже у самого входа, умолял остановиться… Я выкрутилась, готовая снести всё на своём пути, и с силой толкнула дверь.

Но было поздно.

Палата встретила меня стерильной удушающей пустотой. Идеально заправленная, ровная постель. Никаких книг. Никаких следов того, что здесь ещё утром дышал человек.

И только в углу стояла его одинокая, брошенная инвалидная коляска.

Заставляю себя подняться, выключаю смеситель, и в ванной комнате воцаряется оглушительная тишина. Её нарушают только редкие капли из крана, ритмично разбивающиеся о кафель.

Вытираюсь полотенцем докрасна, словно хочу содрать верхний слой кожи. Вместе с воспоминаниями. Вместе со словами Айдена.

«Официальные версии порой существуют лишь для того, чтобы людям было проще спать по ночам».

Этот мерзавец бросил спичку в сухой порох моей памяти и скрылся в темноте. Зачем ему это? Откуда у человека из Брэша доступ к медицинским архивам Гимлеона, которые запечатаны тремя уровнями секретности системы Новы? Каспер был обычным мальчиком с нижнего уровня. Сиротой. На его смерть всем было плевать.

Всем, кроме меня.

Дыхание застревает в горле. Удар. Вспышка ярости. Ярости на себя. На них.

— К чёрту всех! Совет! Высший уровень! Айдена! И весь их прогнивший мир!

Выдвигаю ящики, вываливаю на стол горы косметики. Дерзкая ухмылка расцветает на губах. Меня звали в бар, разве нет?

Пальцы дрожат от возбуждения, пока я орудую кистью и тенями. Слой за слоем наношу макияж. Дерзкий. Опасный. Ни капли нежности, ни намёка на слабость. Натягиваю узкие джинсы и короткий топ.

* * *

Жилой военный сектор вплотную граничит с Нижним уровнем. На стыке этих двух миров находится огромный лифтовый холл. Массивные металлические створки кабины с шумом раздвигаются, и в лицо сразу бьёт спёртый запах влаги, идущий из трущоб.

Но стоит мне повернуть направо и пройти пару метров, как картина резко меняется. Здесь отчётливо чувствуется дух чистого насыщенного тестостерона. По обеим сторонам улицы тянутся бесконечные вереницы неоновых вывесок баров и круглосуточных закусочных. Это обособленный военный городок, который существует по своим жёстким законам, зажатый бетонными стенами Гимлеона.

Бар «Чёрная Кость» встречает меня полумраком, гулом голосов и плотной палитрой запахов: дешёвого алкоголя, пота, сигаретного дыма. Скольжу взглядом по толпе, выискивая одного идиота. Снора. Но бар переполнен, лица расплываются в полумраке, а никого из отряда «Химера» я не вижу. Кожа горит от чужих пристальных взглядов.

Решительно направляюсь к барной стойке. Не убегать же, в самом деле, пусть Снора нет и в помине. Может, это была его изощренная шутка? А я, как наивная дурочка, повелась.

Забираюсь на высокий стул, и прохладное дерево касается разгоряченной кожи.

— Что будете? — буднично спрашивает барменша, даже не поднимая на меня глаз.

— Не знаю, — бросаю на неё мимолетный взгляд и ухмыляюсь. — Что у вас тут пьют?

Барменша пожимает плечами, равнодушно протирая стакан.

— Пиво, виски — кто что выбирает.

— Ну, пиво так пиво.

Пока барменша наливает, я оглядываю толпу. Везде смех, громкая непривычная для ушей музыка. Все накачанные, с татуировками. С бородами. Неужели великан тусуется в таком месте?