Книга Сакура в его ладонях, страница 138 – Ника Летта

— После моста она почти не выходила из этого состояния. Кэнъити мёртв. Человек, которого она считала братом, оказался его убийцей. А потом ты отнял у неё последнее место, где она ещё чувствовала себя в безопасности.

— Хватит.

Юки-онна сделала шаг по направлению к нам и с ее стороны повеяло холодом.

— Поэтому не требуй от меня вернуть Акико туда.

— Замолчи!

Крик ударил по крыше. Я вздрогнула. Юто сразу посмотрел вниз. Вся злость исчезла с его лица.

— Аки?

Его ладонь всё ещё лежала у меня на затылке. Я смотрела на него и никак не могла понять, сколько времени прошло с тех пор, как Кэнъити скрылся под водой. Перед глазами снова качнулась белая простыня. Мокрая рука. Разрезанное запястье. Нет, определенно реальность не может быть такой жестокой.

— Акико, посмотри на меня.

Не хотелось. Я всё равно подняла глаза. Его лицо было совсем близко. Не тот Хару на мосту, а мой Юто. Только теперь я знала, насколько тонкой может оказаться эта разница. Я отстранилась, поднялась отступив от него на шаг, хотя сил было мало.

Его руки разжались сразу, он остался на коленях передо мной. Теперь уже я возвышалась над ним хотя всегда было наоброт.

— Ты всё видела? — я смотрела на него он нахмурился не получив от меня ответа, а я если честно даже не знала что ему сказать, в голове была каша — Что она тебе показала?

— Мне нужно домой. — проигнорировала я его вопрос

Ноги затекли, пришлось опереться ладонью о стенку вентиляционного короба. Юто дёрнулся ко мне.

— Я отвезу.

— Нет.

— Акико...

— Юто, я хочу побыть одна.

Он замер. На этот раз спорить не стал.

— Хорошо.

Я пошла к двери.

— Аки.

Обернуться всё-таки пришлось.

— Когда мне прийти? — мне сейчас не хотелось думать о его душевном состоянии, в своем бы разобравться — Завтра?

— Я сама тебя найду.

Юто смотрел на меня ещё несколько секунд, потом кивнул.

— Хорошо.

Я вышла на лестницу. Дверь захлопнулась, отрезав крышу вместе с оставшимися там голосами. На площадке горела одна лампа. Следующая вспыхнула, когда я спустилась ниже.

На третьем пролёте взгляд зацепился за серый след на колене. Я провела по нему ладонью. Пыль только размазалась по ткани. У реанимации я оставила мелочь в автомате. Вспомнила об этом этажом ниже.

Потом подумала о шампуне. Его дома почти не осталось. Телефон тоже надо зарядить. Кажется, утром было процентов двадцать. Шампунь. Телефон. Мелочь в автомате. Отличные мысли. Можно думать о них ещё долго. Лишь бы не о реке.

На улицу я вышла уже в темноте. Дождь пока не начался. Ветер гулял между домами, гонял по тротуару обрывки бумаги и шуршал пакетами возле урн.

После больницы город казался непривычно просторным.

На светофоре загорелся зелёный. Вместе со мной дорогу переходили трое незнакомых людей: мужчина с портфелем и пара, державшаяся за руки. Через несколько секунд мы разошлись в разные стороны.

Возле круглосуточного магазина работник расставлял пластиковые ящики с бутылками. Две девушки о чём-то спорили у велосипедов. Мимо проехало такси. С противоположной стороны перекрёстка донёсся чей-то смех.

Все куда-то шли. Я тоже. У автомата купила воду. Отпила несколько раз и обнаружила, что пить вообще не хотелось. Выбрасывать почти полную бутылку было жалко, поэтому я понесла её дальше.

За каменной оградой небольшого храма росла сакура. Большая часть веток уже оголилась. На остальных ещё держались листья. Порыв ветра прошёлся по кроне, переворачивая их один за другим.