Книга Истинная вина жестокого ректора-Дракона, страница 32 – Властелина Богатова

Аурелия молчит, шум дождя усиливается. Напряжение среди чёрных и красных мундиров — тоже.

Сестра резко поворачивается ко мне, и я замираю. Не смотрю на неё, понимая, что просто не смогу выдержать это всё. Я смотрю на её сапоги, на десятки следов вокруг и отворачиваюсь.

В какой-то момент Аурелия сжимает ранжет и отступает от Рианны, делает шаг ко мне, наклоняясь так близко, что её дыхание обдаёт мою ушную раковину.

Желудок сводит ледяным спазмом.

— Советую тебе немедленно исправиться, а если попытаешься рыпнуться — тебе конец. У тебя есть несколько дней, чтобы вернуться в Зелёную зону. Если не сделаешь этого… — голос с металлическими нотами обрывается. Страх пронизывает иглами, тот самый, которого я так избегала всё это время и прятала.

Втягиваю судорожно воздух, вгрызающийся в тело холод заставляют трястись и сжиматься.

Аурелия не договаривает, выпрямляется, оставляя меня в неведении.

Она холодно кивает своей «гвардии», и те отступают.

Я вижу свою фуражку, что валяется в луже. Аурелия нарочно наступает на неё сапогом, чуть вытирая подошву. И в этот момент мне кажется что это меня втаптывают в грязь, всё моё достоинство.

Стискиваю зубы и прикрываю влажные ресницы, чувствуя, как горячие слёзы смешиваются с дождём.

Ей всё-таки это удалось — раздавить меня.

Они уходят, бросая на меня презрительные взгляды.

Остаются только курсанты в красных мундирах.

Они все молчат, не двигаются, но кто-то быстро подходит, наклоняется и подбирает мою фуражку.

— Вот же гадина! — с губ Мэйрин срывается ругательство. Она встряхивает фуражку и бросается ко мне. — Фрэнс, тебе в медицинский блок нужно.

— Нельзя ей туда, — обрывает Рианна, рассматривая мои руки с ранами.

И рёбра ломит, и где-то болит там, где лихорадочно стучит сердце.

— Как себя чувствуешь? — спрашивает Дженильтон.

— Голова… кружится, и тошнит, — сглатываю.

— Плохо.

— Девочки, тише, офицер!

Курсанты расступаются.

— Одень, — торопливо подаёт мне перчатки Мэйклин.

Но надеть их на дрожащие руки у меня не получается, и Вислоу помогает мне.

— Что здесь происходит? — приближается Мартин Стрейн. — Почему столпились?

Я поджимаю губы и отвожу взгляд, едва держась на ногах. Хорошо, что Мэйрин поддерживает.

Девушки напряжённо переглядываются.

— Майор, Франческа Лебланд неудачно сделала залп, ранжет отрикошетил в плечо, — принимает на себя первый удар Рианна. — Ей необходимо в медицинский блок.

Врать о том, что со мной не всё в порядке, чревато — по мне всё видно, как моё лицо искажает гримаса боли. И вовсе не от ранжета.

Мартин Стрейн рассматривает меня пристальнее, придирчиво. От его взгляда мне делается ещё хуже, слёзы продолжают бесконтрольно течь — хорошо, что дождь скрывает.

— Так и знал, -небрежно выдает. — Отведите её.

— Есть! — тут же отвечает Рианна и отдаёт мой ранжет Мэйрин, а меня подхватывает под руку и стремительно уводит, не медля ни секунды.

Она идёт быстрее, чем я успеваю за ней. В моих ногах дрожь, а любое прикосновение вызывает муку. И только когда мы оказываемся за зоной полигона, я приваливаюсь спиной к каменной квадратной колонне.

Рианна подступает и внимательно смотрит на меня, её лицо по-прежнему каменное и жёсткое, и кажется сейчас на меня спустит всю злость, что из-за меня она вступила в конфронтацию с авангардом.