Книга Развод в 55: Адвокат, защищайся сам!, страница 9 – Ксения Соболева

После эфира всё закончилось удивительно быстро. Ещё минуту вокруг них были камеры, свет, аплодисменты, голоса и музыка, потом красные лампы погасли, зрители начали подниматься, технические работники вышли на площадку, и праздник превратился обратно в работу. Светлана обняла Татьяну на прощание и тихо сказала, что та была прекрасна, не уточняя, что именно имеет в виду. Несколько человек попросили сфотографироваться с Вадимом, одна пожилая женщина подошла к Татьяне и неожиданно взяла её за обе руки, сказав, что сама восемь лет ухаживала за мужем после инсульта и прекрасно поняла каждое слово.

Татьяна вышла из студии в коридор почти счастливой. Именно почти, потому что счастье в пятьдесят пять лет редко приходит таким чистым, каким приходило в двадцать: оно всегда тащит за собой усталость, воспоминания, осторожность и список дел на завтра. И всё же внутри было легко. Она представила, как вечером они с Вадимом откроют бутылку вина, которую кто-то подарил ему месяц назад, поговорят о поездке, может быть, впервые действительно выберут место и дату. Она даже подумала, что стоит наконец разобрать комнату Галины Павловны, не выбрасывая всё разом, а оставить несколько вещей Дарье, несколько себе и позволить дому перестать быть палатой длительного ухода.

— Тань, ты не уезжай пока, хорошо? — Вадим догнал её возле гримёрной, уже снимая с запястья микрофонный провод. Лицо его оставалось спокойным, но телевизионная энергия будто ушла вместе с выключенными камерами, оставив обычную усталость. — Мне нужно с тобой поговорить. Минут двадцать, не больше.

Татьяна улыбнулась.

— Я вообще-то приехала с тобой, если ты не заметил. Куда мне уезжать? — спросила она, остановившись. — Или ты опять собирался отправить меня домой с водителем, а сам до ночи обсуждать великие планы?

Вадим не поддержал шутку. Он посмотрел в сторону, где Кира разговаривала с двумя сотрудниками, и на секунду Татьяне показалось, что муж просто не услышал.

— Подожди меня в малой студии, пожалуйста. Я закончу здесь и приду, — сказал он. — Там сейчас пусто.

— Что-то случилось? — спросила Татьяна уже внимательнее.

— Ничего не случилось, — слишком быстро ответил Вадим, а затем смягчил тон. — Просто надо обсудить одну вещь. Я давно хотел.

Тепло после съёмки чуть ослабло, но Татьяна всё равно не подумала ни о чём по-настоящему плохом. «Давно хотел» могло означать поездку, продажу дома, новый проект, предложение вернуться к работе, что угодно. Она даже позволила себе нелепую мысль, что Вадим после сегодняшнего разговора решил устроить что-то вроде второго медового месяца и теперь хочет сообщить без камер. Поэтому Татьяна кивнула, забрала сумку из гримёрной и пошла в указанную комнату.

Малая студия оказалась совсем другой без света. Здесь недавно, видимо, снимали какой-то разговорный блок: два кресла стояли под углом друг к другу, между ними маленький столик с недопитой бутылкой воды, за декорацией валялся свёрнутый кабель, а на чёрном полу белели полосы разметки. Горела только часть потолочных ламп, из-за чего помещение казалось значительно меньше, чем во время записи. Татьяна села в кресло и стала ждать. Первые пять минут она отвечала на сообщения знакомых, потом открыла фотографию, которую уже успели прислать со съёмки: она и Вадим сидели рядом, муж держал её за руку, оба улыбались. Снимок получился хорошим. На нём вообще невозможно было представить, что четыре месяца назад в их доме умер человек, семь лет определявший весь семейный распорядок.