Книга Инквизитор. Охотник на попаданцев 3, страница 42 – Миф Базаров

У одного из складов стоял микроавтобус с номерами инквизиции, рядом две полицейские машины, что прислали местные власти для поддержки. Я направился туда. У входа хотели остановить, но стоило только достать из багажного кофра чёрный инквизиторский плащ, как тут же пропустили.

Внутри пахло пылью, мешковиной. Высокие стеллажи в три яруса, проходы под погрузчик, под потолком крюки и тали. Я прошёл вдоль рядов, и ноги сами повели туда, где интереснее.

Пыль рассказывала всё.

По полу читалось, что и когда двигали. Свежие борозды от паллет у разгрузочных ворот. Дальше, в глубине, паллеты слежались так, что под ними образовался сантиметровый слой пыли. Я провёл пальцем по верхней доске крайнего стеллажа — чисто только с краю, у прохода, а вглубь уходила ровная нетронутая корка. И по крашеной стене тянулась такая же полоса, в ладонь шириной, там, где стеллаж стоял десятилетиями, не сдвигаясь. Кто-то держал тут имущество долго, прочно, по-хозяйски. Не год и не два, десятки лет.

Секта.

Вслух про это никто бы не сказал, да и незачем. Бумага врёт, человек врёт, а пыль не умеет. Полоса на стене держится ровно столько, сколько стоит на месте стеллаж, и не подделать её ни печатью, ни подписью, только помыть. Но кто это будет делать? Сектанты сидели в этих стенах задолго до того, как я появился на свет. Сидели тихо.

— О, кого принесло! — раскатилось из глубины склада. — Воронов!

Навстречу шагал улыбающийся Волков, разводя руки, будто мы не виделись год, а не со вчерашнего ужина. Сгрёб, хлопнул по спине так, что в груди отдалось.

— А я Соколову говорю: придёт, никуда не денется. Он теперь птица вольная, а тут, считай, продолжение его дела.

— Угадал, — сказал я. — Здорово, Дима.

— Здорово, здорово, — Волков отстранился. — Принимайся за дело, раз уж сам припёрся. Работы тут на несколько дней, поди разбери, что у сектантов к чему да зачем.

— А где Аркадий Платонович?

— А что может делать главный менталист инквизиции?

— Допрашивает?

Димка не ответил, лишь закатил глаза и тяжело вздохнул.

— Ну чего встал? Пошли, — Волков потянул меня к конторе. — Платонович небось уже что-нибудь откопал, пока я тут по складу шатался.

Соколова мы нашли в конторе. Он стоял над огромным столом, заваленным бумагами, а следственная группа подносила и подносила новые папки.

— Игорь, привет! Пришёл нам помочь?

— Да, Аркадий Платонович, если вы не против, что буду путаться под ногами.

— Ничего, лишняя пара глаз никогда не помешает, — он отмахнулся. — Особенно того, кто этот клубок первым разматывать стал.

— Спасибо.

Соколов подвинулся, освобождая мне место ближе к центру стола.

— Читал твой отчёт по каравану в «Данилино». Чистая работа. Как тебе только это удаётся?

— Во-первых, работал не один, мне помогали. А во-вторых, учителя в ордене мне достались лучшие.

— Да, Пётр, если честно, удивил. В его-то возрасте…

Я пожал плечами:

— Вы вот тоже образец для подражания. Самый сильный менталист в ордене.

— Льстишь, — прищурился старик и вернулся к бумагам.

Я стянул плащ, бросил на ближний ящик и только теперь заметил у стены троих работников склада. Они сидели на полу в полуобморочном состоянии, один привалился виском к стеллажу и водил глазами, ничего не видя. У Соколова свои представления о следствии, и, чего скрывать, мне они нравились. Он, в отличие от моего Петра, всегда шёл напролом, я иногда даже завидовал, что у друга такой наставник.