Книга Записки расхитителя гробниц. Том 1, страница 52 – Наньпай Саньшу

Услышав его слова, Паньцзы прыснул со смеху:

— И ты, чурбан, серьезно думаешь, что разбираешься в принципах фэншуй?

— В смысле «думаю»? – вспыхнул Толстяк. – Да если бы я не разбирался, разве я бы знал столько всего?

Паньцзы расхохотался, но от смеха его рану тут же пронзило болью, и он невольно схватился за живот.

— Не знаю уж, где ты понабрался всей этой чуши, – произнес он, – но если правда разбираешься в фэншуй, может, выведешь нас из лабиринта? Я наре́зал по нему, наверное, семь или восемь кругов, а выхода так и не нашел.

Опять услышав голос Паньцзы, я тут же вспомнил кое о чем и спросил:

— Кстати, а чего вы все тогда меня бросили и куда-то удрали? Я чуть от ужаса не помер! И где сейчас третий дядя с Куем?

Паньцзы с трудом выпрямился и ответил:

— Я и сам не знаю. Когда Братец побежал за жиробасом, третий дядя приказал мне не ходить за ним. Я все равно пошел, потому что подумал: раз этот малый забеспокоился, значит, дело нешуточное. И есть еще кое-что, о чем я тебе не сказал. Не очень-то я доверяю этому Братцу, неспроста он с нами сюда пошел. Вот я и решил заодно проследить за ним. – Он нахмурился и продолжил слегка растерянным тоном: – Я несколько минут бежал следом, а потом вдруг увидел что-то впереди, в каменном коридоре. Когда я поднял фонарь и посветил в ту сторону, это нечто – вжух! – просто испарилось без следа. Я слегка напрягся и пошел к месту, где его видел. И там, в щели между камнями, я заметил что-то похожее на человеческую руку, только все пять пальцев у нее были одинаковой длины.

Толстяк в испуге дернул ртом, будто хотел что-то сказать, но так и не издал ни звука.

Паньцзы же продолжал вспоминать подробности произошедшего:

— Я подошел ближе, чтобы рассмотреть эту штуку. Ты же меня знаешь, такой я человек, у меня любопытство всегда пересиливает: и дерьмо бы из интереса попробовал. Сейчас, конечно, вспоминаю и содрогаюсь. Когда я приблизился, эта похожая на руку ерунда внезапно бросилась на меня и схватила за шею. Силищи в ней было столько, что чуть меня не придушила. Я растерялся, не знал, что делать. К счастью, у меня при себе был армейский нож, так что я, брыкаясь как сумасшедший, взял и ударил эту руку лезвием. В тот момент я на ощупь понял, что запястье у нее было просто невероятно тонкое, совсем немного толще пальцев. Интересно, откуда тогда в ней взялась эта сила?.. В общем, ударом ножа я нанес ей длинную рану, и она тут же меня отпустила, а потом втянулась обратно в щель в стене. – Паньцзы ощупал рукой свою шею. – Я решил, что за той стеной точно скрывается что-то подозрительное, и стал ее изучать. Слева простучал, справа попинал и, видимо, куда-то случайно нажал, потому что вдруг взял и провалился! – Он похлопал по стене. – А дальше вы уже знаете. Упал я в такую же камеру, как эта, потом обнаружил в стене проход. Хорошо, что я человек тренированный: полдня там скакал, но в итоге запрыгнул в лаз и попал в каменный тоннель. В противном случае даже и не знаю, когда бы мы с третьим молодым господином встретились.

— То есть ты тоже не знаешь, где сейчас третий дядя? – Я вздохнул. На лице Паньцзы, который лишь сейчас осознал, что мы потеряли третьего дядю и остальных, тоже проступила тревога.

Повернувшись к Толстяку, я спросил у него: