Книга Горячее Белое море, страница 45 – Николай Свечин

— Я спросил: за что сидел?

— За разбой.

Хабаев выглядел нервным и ждал подвоха. Тем не менее он был поражен, когда статский советник спросил его в лоб:

— Что же ты, честный громила, германцам продался?

— Я… не… а…

— Радий, который нашли у тебя в кармане, ты должен передать пленному германскому офицеру, так?

Бандит чуть не упал со стула:

— Откуда, ваше высокородие?..

Алексей Николаевич понял, что угадал. И нажал еще:

— Кто тебя завербовал, Главанаков?

— Все-то вы знаете…

Год назад Лыков разгромил немецкую шпионскую сеть, которую создал из русских фартовых в Москве и Петрограде бандит по фамилии Главанаков^[57]. Многие агенты-изменники были арестованы, но многим удалось скрыться. Видимо, противник имел в столицах резервные кадры. Один из таких предателей, спасшихся от разгрома, сидел сейчас перед Лыковым. И тот продолжил развивать свою догадку:

— Ты приехал сюда с капсулой по их заданию?

Атаман молчал, ожидая, что еще скажет сыщик.

— Зря тянешь резину, я все знаю. Ну?

Азвестопуло по-прежнему ничего не понимал, но решил подыграть:

— Не дошло, драный ты шайтан? Это же Лыков, тот самый. Для него нет тайн.

Тогда статский советник взял Хабаева за ворот, притянул к себе и процедил сквозь зубы:

— Германский офицер должен приехать в Архангельск днями. Потом отправится на Мурман. Зовут Аусзеер. Ты должен был отдать капсулу ему.

Атаман крикнул в отчаянии:

— Все, все вы знаете!

И начал наконец признаваться.

Первым делом Хабаев подтвердил, что капсулу с радием ему передал в Петрограде рижский немец по фамилии Бронфенбренер. Тот самый, что неудачно нанял двух дергачей убить Лыкова с Азвестопуло… Это случилось полмесяца назад. Атаман получил за это пятьдесят рублей, поселился в Архангельске и стал ждать своих товарищей, с которыми вместе сидел на каторге, а потом строил Амурскую дорогу.

— Как бы ты отыскал офицера?

— Телеграмму дадут на мое имя, во Вторую почтовую контору, до востребования. Там есть чиновник, зовут Макар Инкин, он следит за теми телеграммами. Депеша придет, когда эшелон с пленными высадится в городе. В ней будут слова «товар на месте». Вроде как торговая телеграмма.

— Ну, приехал Аусзеер. Однако его охраняет конвой!

— К черту тот конвой, — ухмыльнулся бандит. — Я приду туда с кожей для подошвы, покажу караульному: вот, хочу предложить немчуре. Пусти, дам тебе за это двугривенный. И он пустит.

— Но его еще надо отыскать в бараках. Там их несколько тысяч высадится.

— Офицеров держат отдельно. Я уж все высмотрел… Среди бараков Мурманской железной дороги на Быку есть один английской сборки, с удобствами. Там и будет тот Аусзеер. Но сам я его видеть не должен, а отдам посылку служителю барака по фамилии Трукса. Который и вручит. Трукса даст мне за услугу еще пять снегирей^[58]. Если вдруг служителя нету, только тогда я ищу германца и имею дело с ним.

Лыков помолчал с минуту, раздумывая, потом приказал:

— Выйди и постой снаружи, я тебя позову. Не вздумай убежать — поймаю и башку оторву.

— Про это нам хорошо известно… — пробормотал горе-шпион и выскользнул за дверь.

Тотчас же помощник вцепился в шефа:

— Я ничего не понял! Расшифруйте.

— Сергей, мы поймали золотую рыбку. Случайно.

— А можно так, чтобы даже я, малахольный, проникся?

— Я забыл тебе сказать, что полковник фон цу Бреде не просто штаб-офицер и приятель кайзера, а еще и крупный промышленник. И занимается он радием.