Книга Тень Голема, страница 90 – Анатолий Леонов

Как только венгры спустились на дно крепостного рва, они смогли по достоинству оценить всю грандиозность оборонительных вооружений Тверских ворот, считавшихся главной башней в кольце Белого города. В этом месте глубина рва и высота куртины были так велики, что лестницы в пять с половиной саженей^[122], принесенные с собой, оказались коротки и едва достигали половины стены. Пришлось штурмующим город пехотинцам под непрерывным шквальным огнем русских пищалей и легких вертлюжных пушек связывать лестницы собственными ремнями и перевязями по две вместе. Однако те, кому все же удавалось это сделать, собственными жизнями расплачивались за неосмотрительную изобретательность. Связанные вместе лестницы не выдерживали собственного веса и веса карабкающихся по ним людей. Они складывались пополам, уничтожая атакующих столь же безжалостно и верно, как и оружейный огонь защитников города. Ряды венгерской пехоты стремительно таяли. Самые сообразительные из них, не дожидаясь команды, уже двигались вверх по рву в обратную от атаки сторону. Остальные в любой миг могли последовать их заразительному примеру.

Между тем в проделанные в палисаде проходы вошли шотландские мушкетеры и некоторая часть спешившихся драгун ротмистра Мартина Лесновольского – все они в меру возможностей обеспечивали безопасность подхода саперов Барбиера. Дело это было весьма опасным. Одна петарда в результате точного попадания пули взорвалась прямо в руках самого минера, разметав в клочья его и дюжину находившихся рядом солдат, но две петарды, несмотря на сопротивление русских, полякам все же удалось прикрепить к воротам.

В этот момент ворота города неожиданно распахнулись, выпустив наружу около сотни отчаянных бойцов. У них не было длинноствольных пищалей и мушкетов, в рукопашном бою совершенно бесполезных. Только пистолеты, топоры и сабли. Броситься в неприятельские ряды с белым оружием в руках способен был далеко не каждый воин. Непременным условием успеха такого опасного предприятия являлись специальные боевые навыки, помноженные на личное мужество. Кто обладал ими в большей мере, тот и побеждал. Количество противника в таком случае никогда не имело решающего значения.

Отец Феона, находясь во главе своего отряда, словно несокрушимый волнорез рассекал толпу потерявших строй солдат противника, оказавшихся в смертельной западне между городскими воротами и неразобранным палисадом. Искусно работая сразу двумя саблями, он казался им столь ужасным в своем мастерстве, что, кажется, никто всерьез даже не пытался противостоять ему, без долгих раздумий обращаясь в бегство. Когда-то на заре своей жизни Феона взращивал это смертельное умение для личной великой мести, но случилось всю жизнь использовать его только для великого служения!

Шотландские мушкетеры и польские драгуны, приспособленные по большей части палить из мушкетов, не выдержали напора отряда отца Феоны и, побросав оружие, бросились врассыпную. Создалась давка у проходов. Лишь немногим из них удалось выбраться за спасительный палисад. В кратчайшее время площадка перед стенами города была очищена от неприятеля. Следом из теперь уже настежь отворенных Тверских ворот появились пешие стрелецкие полки и, не останавливаясь, стали теснить врага уже за пределами палисада. Из Страстного монастыря вышла тайно пришедшая туда перед штурмом поместная конница Ивана Морозова и ударила в бок уже основательно павшим духом отрядам Ходкевича.