Книга Терминатор Пепельный фронт, страница 217 – Джон Сан

Они продолжили марш смерти.

Дорога превратилась в бесконечную, монотонную агонию. Пейзаж не менялся. Всё те же ржавые остовы машин эвакуации, всё те же серые сугробы, в которых угадывались очертания человеческих костей.

Спустя еще два часа Эш начал ловить галлюцинации.

Фантомная боль в левой руке стала настолько невыносимой, что ему казалось, будто рука на месте и горит заживо. Он несколько раз инстинктивно пытался схватиться левой ладонью за ствол пистолета в кобуре, и каждый раз его мозг сходил с ума от когнитивного диссонанса, когда мышцы не откликались на приказ.

В какой-то момент он увидел Берга. Огромный пулеметчик шагал впереди них, расчищая путь от снега своим широким плечом, и привычно ворчал на холод. Эш моргнул, и видение растворилось, оставив лишь пустую трассу.

— Эш… — голос Элоди прозвучал глухо, словно из-под воды.

Он обернулся. Девушка не просто отстала. Она стояла на коленях посреди дороги, опираясь руками в снег, ее голова безвольно поникла.

Эш подошел к ней. Он попытался поднять ее за плечо, но его здоровая рука окончательно задеревенела от мороза. Он сам пошатнулся и едва не упал рядом с ней.

— Вставай, Элоди, — его голос был слабее шепота ветра.

— Нет… — она медленно покачала головой, не поднимая глаз. — Всё. Эш, я… мне тепло. Правда. Мне вдруг стало так хорошо и тепло. Я просто закрою глаза на минуту.

«Терминальная стадия гипотермии», — отстраненно, словно читая медицинский справочник, подумал Эш. Мозг, лишенный энергии, отключает защиту и генерирует ложное чувство тепла перед тем, как сердце остановится навсегда.

Он понял, что это действительно конец. Он не мог нести ее. Он не мог нести даже себя.

Эш тяжело опустился на колени рядом с ней. Он вытащил револьвер из кобуры. Тяжелый, холодный кусок стали. Шесть патронов. Он посмотрел на барабан, затем перевел взгляд на Элоди.

Он не позволит ей умереть в снегу, чтобы потом ее замерзшее тело нашли падальщики или машины. Он не позволит ей превратиться в материал для новых инфильтраторов.

Эш взвел курок большим пальцем. Щелчок прозвучал в тишине звонко и фатально.

Он поднял пистолет, приставив холодное дуло к виску засыпающей девушки.

Его рука не дрожала. В его пустом, выжженном сердце не было места ни сожалению, ни милосердию. Была лишь голая математика войны. Если миссия провалена, нужно ликвидировать ценные ресурсы (память Элоди о проекте) и самоликвидироваться.

— Прости, девочка, — прошептал Эш.

Его палец лег на спусковой крючок. Он начал медленно, плавно выбирать свободный ход.

И в эту секунду ледяной ветер, сменивший направление, швырнул ему в лицо горсть колючего снега и… слабый, металлический запах.

Это был не запах ржавчины от брошенных машин. И не запах озона от Скайнета.

Это был резкий, сладковатый, ни с чем не сравнимый запах синтетического машинного масла и полусгоревшего авиационного керосина.

Эш замер. Его палец остановился в миллиметре от выстрела.

Он медленно опустил револьвер и повернул голову.

В тридцати метрах от них, скрытый за массивным, обледенелым остовом перевернутой фуры, в снегу угадывался странный силуэт. Он не был похож на автомобили, которыми была забита трасса. Он был более угловатым, низким и широким.

Эш, забыв о том, что секунду назад собирался убить себя и связистку, на четвереньках пополз к фуре, волоча за собой револьвер. Инстинкт выживания, спавший под гнетом мороза, внезапно взревел с новой силой.