Книга Восхождение Морна. Том 10, страница 132 – Сергей Орлов

Вот теперь она заговорила на языке, который я понимал без переводчика.

— Морны слабеют не первое поколение, — продолжила она, и в её голосе прибавилось сухости и злости. — Твой отец слабее деда. Дед был тенью прадеда. А прадеда вы уже и по имени толком не вспомните. И вы решили, что так и надо. Что кровь просто слабеет со временем, как вино в бочке, которую поленились как следует закупорить.

Она помолчала.

— А кровь тут ни при чём. Всё началось тогда, когда один за другим стали гаснуть храмы, а вы даже не заметили связи. Были слишком заняты тем, чтобы остаться приличным боевым Великим Домом. — «Боевым Домом» она выговорила брезгливо, точно выплюнула попавшую на язык шелуху. — Морнам отпущено было куда больше, чем махать огнём по чужим приказам за жалованье да за место поближе к трону. Но об этом уже не сегодня.

Не сегодня. Ну разумеется. Все великие семейные тайны в моей жизни почему-то назначаются на «не сегодня».

Вот только одно не давало мне покоя, и на «не сегодня» это откладывать не хотелось.

— Погоди, — сказал я. — Когда мы виделись в прошлый раз, ты наговорила мне про какой-то выбор между Огнём и Пеплом. Что рано или поздно придётся выбирать, и выбор будет не из лёгких. А сегодня послушать тебя — так и выбирать нечего. Огонь даёт силу нашему роду и защищает. Пепел убивает всё живое и плодит вот таких Тихонов. Ну и где тут выбор? Любой адекватный человек даже не посмотрит в сторону Пепла.

Искра посмотрела на меня долго и как-то незнакомо, без обычной своей насмешки.

— Как же ты ещё молод и глуп… — медленно произнесла она. — Ты действительно думаешь, что в этом мире есть злые или добрые боги? Или что им есть какое-то искреннее дело до людей? Ты хоть понимаешь, насколько все мы ничтожны для них?

Вот такого ответа я точно не ждал.

— Знаешь… — выдавил я наконец, — это было последнее, что я ждал услышать от посланницы бога Огня. Обычно, когда одна сторона говорит про другую, всё звучит немножко иначе.

— Огонь хорошо относится к Пеплу, — произнесла она спокойно, будто речь шла о чём-то обыденном. — Всё-таки Пепел его младший брат. И Огонь совсем не против, чтобы младший поднялся и занял место рядом с ним, по праву. В Пепле заложена большая сила. Но раскрыть её можно только правильно — при верных жрецах, при честных послушниках, при тех, кто станет разбираться, чему он на самом деле учит. А такие, как Тихон, ничего в нём не раскрывают. Они тянут его вниз, к себе, — к власти над смертью да к чужому погашенному огню. И чем больше у Пепла таких служителей, тем ниже он падает.

Я слушал её, и до меня медленно доходило, что всё это мне до боли знакомо.

Был у меня когда-то в зале один парень, звали Костей. Умница, каких поискать: учился на отлично, всё схватывал на лету, а боксёром был от бога. Ему была прямая дорога наверх, в сборную, а там и дальше, куда угодно. Любой другой на его месте вцепился бы в такой шанс зубами.

А он вместо этого связался с какими-то отморозками. Была во дворе компания постарше, со своими понятиями о том, как надо жить, и Костю туда затянуло с головой. Сначала пошли приводы по мелочи, потом драки уже всерьёз, а потом и первый срок. Мы тащили его оттуда всем залом, и тренеры, и нормальные пацаны, из тех, что стали людьми. Тащили как могли: уговаривали, протягивали руку, звали обратно. И всё без толку.