Книга Пустующий трон, страница 469 – Кен Лю

— Все голоса равноценны, господин Хуто. – Лоло улыбнулась еще шире. – Ума не приложу, с чего вы вдруг взяли, что мы будем учитывать только отдельные голоса? Замысел этого раунда состоит в том, что все гости являются судьями.

— Но… но… слуга Сэки передал мне список… – проговорился Тифан и тут же покраснел, осознав, что его, вероятно, обманули.

— Список? Такой листок, на верху которого написано «Судьи»? – (Хуто тупо уставился на Лоло.) – Это список людей, кого мы с Сэкой хотим пригласить в наш новый обеденный клуб, который будет называться «Судьи».

— В… обеденный клуб?

— Ну да! Хотите вступить? Раз соревнование пользуется успехом, мы подумываем сделать его регулярным. Разумеется, нужно будет уплатить членский взнос…

Тифан развернулся и поспешно ушел, не дослушав речь Лоло и не обращая внимания на ее смех. Он не мог стерпеть, что на деловом поприще его обставила какая-то девчонка из дома индиго.

Победа «Великолепной вазы» во втором раунде была сокрушительной. Ее банка выглядела наполненной обезьяньими ягодами, а банка «Сокровищницы» – набитой семенами лотоса. Тифан Хуто даже слег от унижения. Поправившись спустя несколько дней, он предложил тему третьего, финального раунда соревнования. Это было то, без чего никак не мог обойтись лучший ресторан Гинпена, – развлечения.

Укьу-Гондэ, солончаки к югу от моря Слез, двенадцатый месяц восьмого года после отбытия принцессы Тэры из Дара (за семнадцать месяцев до нового вторжения льуку в Дара)

Двое гаринафинов летели всю ночь напролет. К тому времени, когда взошло солнце, земля под ними – пустоши к югу от моря Слез – была совершенно белой, словно бы покрытой снегом. Говорили, что огромное соленое озеро когда-то было гораздо больше, но теперь уменьшилось, и на месте ушедшей воды остался солончак, где почти ничего не росло.

Сатаари и Радзутана направили гаринафинов к невысокому холму – хотя правильнее будет сказать, что крылатый зверь Радзутаны сам повез туда наездника. Оказавшись с подветренной стороны холма, двое взрослых отвязали детей от сетки.

Они завели гаринафинов под широкий уступ, чтобы их не заметили с воздуха. Затем отправили ребятишек набрать на корм гаринафинам пушистого перекати-поля – единственного растения, что выживало на соленой почве.

В степи гаринафины обычно питались любыми кустарниками и кактусами, сжигая колючки своим огненным дыханием. Но здесь можно было найти лишь сухое и соленое перекати-поле, почти лишенное питательных свойств. На такой диете животным долго не протянуть, но беглецы ничего не могли с этим поделать.

Танто трудился вместе со всеми, несмотря на царившие в его душе гнев и смятение. Он подошел к Радзутане:

— Можно спросить?

— Конечно, – после недолгой паузы кивнул ученый.

— Тооф и Радия отпустили нас бескорыстно?

— Да.

— Почему тогда они так долго тянули?

— Им нужно было найти способ увести нас от основных сил Кудьу, перед тем как организовать побег. – Радзутана задумался. – Повысить наши шансы уйти как можно дальше, прежде чем льуку устроят погоню.

— Я не об этом! Почему… почему они вдруг передумали?

— Они не передумали. Таков был их изначальный план. – Ученый тяжело вздохнул. – Эти двое очень сильно рискуют. Если их раскроют, то наверняка казнят.

— Но… почему тогда Тооф и Радия сначала выдали нас Кудьу?