Книга Говорящие кости, страница 249 – Кен Лю

Тем не менее пэкьу и ее верная тан-гаринафин отдавали себе отчет в том, что без применения туземных зажигательных стрел победить воздушные корабли будет очень сложно. Поначалу они хотели обучить воинов-льуку искусству обращения с луком, но Кутанрово, яростно стремившаяся очистить льуку от любого влияния дара-рааки, встала у них на пути. Гозтан даже не решалась озвучить эту идею, опасаясь, что ее обвинят в предательстве хваленого духа льуку. А Танванаки полагала, что, заставив воинов усвоить метод ведения войны, который Кутанрово расценила бы как уступку туземной культуре, она тем самым подорвет основы своего правления.

Поэтому у них не осталось иного выбора, кроме как набирать лучников из числа местных жителей, готовых втайне обучаться умению воевать на гаринафинах. Во вспомогательных силах имелись командиры из числа туземцев, которым Гозтан и Танванаки доверяли. Часть из них составляли бывшие офицеры имперской армии, которые сдались на раннем этапе войны и понимали, что отныне их судьба неразрывно связана с завоевателями. Были здесь и весьма амбициозные личности, рассчитывавшие извлечь для себя выгоду из политической розни между непреклонными и сторонниками мирного сосуществования. Имелись также и выходцы из пиратов, которых прельщала мысль и впредь безнаказанно воровать и грабить, находясь под покровительством придерживающегося таких же принципов суверена.

Вне зависимости от мотивов, эти туземные воители были готовы рисковать жизнью на службе льуку. Затем Гозтан обратилась к своим самым доверенным наездникам, ветеранам, которые поддерживали проводимую ею политику, и объяснила им, сколь важно внедрить в армию льуку подразделения лучников с зажигательными стрелами. Скрепя сердце они согласились с планом пэкьу. Как только Танванаки сумела построить полигон в безлюдном местечке близ Фады, будущие всадники-лучники под руководством опытных наездников из числа льуку рьяно принялись за тренировки.

При этом и те и другие изрядно рисковали. Туземные лучники понимали, что если Кутанрово их обнаружит, то у Танванаки и Гозтан не останется иного выбора, кроме как отречься от них и отдать на растерзание сворам карателей. А наездников-льуку, если все всплывет, заклеймят предателями, а то и похуже. Тем не менее наездники-льуку продолжали учить, а лучники – учиться. Первые вдохновлялись тем, что исполняют таким образом свой долг, повышая шансы Укьу-Тааса пережить вторжение Дара, а вторые надеялись, что, став ключевым звеном в спасении Укьу-Тааса от своих сородичей, заслужат почести, положенные героям.

Изначально Гозтан все-таки рассчитывала расправиться с воздушными кораблями Фиро, не прибегая к помощи туземных наездников гаринафинов, но события приняли такой оборот, что у тана просто-напросто не осталось выбора. Это была рискованная политическая игра. Даже если туземные лучники добьются успеха, боевому духу льуку будет нанесен серьезный урон, поскольку они оказались вынуждены заимствовать оружие и тактику дара-рааки, и Кутанрово непременно воспользуется шансом разделаться с соперницей раз и навсегда.

Но Гозтан понимала, что должна спасти Укьу-Тааса. Просто обязана. И она снова взывала к ясноокой Диасе, умоляя помочь ей.

Свежие, полные сил, закованные в броню гаринафины поднимались все выше и выше, выбираясь за пределы досягаемости целых роев орнитоптеров, огненных языков и беспорядочно мечущихся от боли зверей из первой волны. Подобно богам, взирающим с небес на острова Дара, смотрели они сверху на раздувающиеся корпуса имперских воздушных кораблей и на погибающих товарищей.