Книга Сосланная жена дракона. Хозяйка Серой крепости, страница 100 – Николетта Фэй

Верена поворачивается ко мне.

— Когда Тарен сказал, что она опасна для себя и позорит семью обвинениями, я снова выбрала тишину. Я поддержала её изоляцию, потому что уже умела называть это заботой. Я не знала про карантин и выжигание. Но знала достаточно, чтобы потребовать второго мнения, поговорить с ней самой и не соглашаться. Не сделала ничего из этого.

Она не оправдывается незнанием заговора. Именно поэтому я дослушиваю.

— Я не готова называть вас семьёй, — отвечаю я. — И не отдам вам право решать, когда мы должны помириться.

— Я понимаю, — Верена складывает пустые руки на коленях.

Я сдвигаю семейные ключи от середины стола к Селестре.

— Нет, пока только слышите. Понимание проверяется временем.

Верена принимает это. Селестра убирает связку в сумку и говорит, что напишет, если захочет увидеться. Не завтра и, возможно, не в этом месяце. Верена благодарит даже за такую границу.

После её ухода в комнате становится легче дышать, хотя окно никто не открывал. Тайр утаскивает Кайрена к подоконнику и требует заняться птицей. Муж достаёт нож, но прежде спрашивает Селестру, можно ли дать мальчику держать дерево. Та разрешает, если нож останется у взрослого.

Хальд подвигает ко мне ещё один акт. Серую крепость выводят из временного управления Палаты. Кайрен отказался возвращать её в общий список военных имений и подписал передачу мне как отдельного владения с доходом от южных земель. Совет утвердил сделку вместе с возмещением за незаконное помещение в карантин.

— То есть её закроют? — спрашивает Аделина. — Детей разошлют по другим лазаретам?

Я смотрю в окно. В западном дворе уже разобрали обгоревшие балки. Сигнальная башня работает, цистерна наполнена, на кухне введён порядок, который Бесса никому не позволит отменить. Эта крепость впервые за долгие годы умеет лечить лучше, чем прятать следы.

— Карантин закрывать не будем, — решаю я. — Оставим лечебное отделение, только настоящее. С чистыми палатами, проверкой лекарств и комнатами для родителей. Сюда будут привозить людей, чтобы спасти, а не убрать подальше от чужих глаз.

Я разворачиваю чистый лист и делю его на три части. В первой записываю то, без чего нельзя принять нового больного: воду, прачечную, отдельную посуду, проверенные лекарства. Во второй — ремонт крыши и труб. Третью оставляю для того, о чём прежде в карантинных сметах почти не думали: кровати для матерей, место для писем, дорогу, по которой родные смогут приехать, а не получить позднее извещение.

Аделина перестаёт тревожно теребить край своего списка и придвигает стул. Теперь она спорит уже не с возможным закрытием, а с размером будущей лаборатории.

Аделина начинает перечислять, что потребуется: новая крыша над западным крылом, горячая вода в палатах, отдельная лаборатория, обученные помощники. Освин из коридора кричит, что сначала ей потребуется человек, умеющий не ставить шкаф перед тайным проходом. Бесса добавляет кухню побольше.

Хальд записывает новое назначение крепости на полях акта. Официальное разрешение займёт время, но временную лечебницу он оставляет действующей до решения совета.

К вечеру стол освобождается от следственных папок. Селестра уводит Тайра, Верена уезжает в городской дом, Аделина возвращается к обходу. Я остаюсь в столовой одна и составляю первый список ремонта.