Книга Тень княгини, страница 79 – Алеся Кузнецова

Но постепенно эти мысли отступили, вытесненные нарастающей, глубокой тоской, из которой теперь удавалось вынырнуть лишь на чуть-чуть.

Тихий, едва слышный скрип двери заставил ее сердце екнуть.

В палату вошел кто-то, ступая мягко, почти бесшумно. Запах уличной прохлады, едва уловимый аромат крепкого кофе и чего-то домашнего, теплого мгновенно заполнил стерильное пространство.

— Привет. Предлагаю есть сразу, иначе суп остынет, — глухо, заставляя себя хрипеть сквозь марлю маски, произнес знакомый голос.

У Анны перехватило дыхание. Обида, страх, пережитый ужас операционной — все это вдруг вышло наружу одной горячей волной. Она потянулась рукой на звук, и ее пальцы тут же встретили его жесткую, теплую ладонь. Он не отстранился. Напротив, его пальцы крепко, надежно сжали ее руку, возвращая ей ставшую привычной точку опоры в этой бесконечной черноте.

— Ты пришел только сейчас… Я думала, ты будешь, когда меня повезут на операцию — прошептала она, и пара слезинок все-таки просочилась из-под нижнего края повязки. — Ты обещал нормальный суп из кафе.

— Извини, ездил за нормальным супом, — тихо ответил он.

Анна слышала, как он устроился на стуле у ее кровати, как звякнула пластиковая крышка контейнера. Он осторожно приподнял ее плечи, помогая устроиться повыше на подушках, и его движения были такими бережными, словно она была сделана из тончайшего, треснувшего хрусталя.

Он поднес к ее губам первую ложку. Анна послушно приоткрыла рот, чувствуя вкус домашнего бульона, но еда была лишь предлогом. Ей нужен был этот разговор. Ей нужна была эта близость, ставшая сейчас, в потемках больничной палаты, абсолютной и острой.

— Мне было так страшно там… — призналась она, и ее низкий, измененный голос дрогнул. — Когда аппарат закричал, я подумала, что это все. Конец. Что я навсегда останусь в этой темноте. Без лица, без работы, без прошлого. Ослепшая, никому не нужная тень.

Марк замер. Ложка в его руке на секунду дрогнула. Он смотрел на ее забинтованную голову, на проступающие шрамы у подбородка, и внутри него все выло от невыносимой, глухой нежности. Он не знал, кто устроил этот хакерский налет, но теперь подозрение в неслучайности аварии и в том, что кто-то пытается уничтожить Анну, уже не казалось выдумкой.

Он знал, что Эва и Федор тоже сомневаются в случайности аварии, но официально дело было закрыто.

А теперь — атака на серверы именно во время операции.

Это он переписывал код третьего контура, пока ее сердце срывалось на двести ударов в минуту. Он видел ее силу там, на пороге слепоты, и видел ее беззащитность сейчас. И он знал, что не окажись у него нескольких резервных вариантов, она бы не спрашивала сейчас о нормальном супе.

Марк осторожно опустил ложку обратно в термоконтейнер. Звяканье пластика в тишине палаты прозвучало неловко и резко.

— Ты не тень, — сказал он, и его голос, вопреки вынужденной хрипоте, прозвучал неожиданно весомо. — И ты нужна. Ешь.

— Кому? — Анна слабо качнула головой под бинтами, и на ее губах появилась горькая, изломанная усмешка. — Строитель ты хороший человек, но ты не понимаешь, о чем говоришь. У нас разные миры. Я даже не смогу тебе объяснить.

Марк промолчал. Он не стал спорить, просто остался сидеть рядом, излучая спокойное, тяжелое присутствие. Эта тишина не давила, она вытягивала слова сама собой.