Книга Тень княгини, страница 81 – Алеся Кузнецова

— А, ты про это. Ну, само собой.

— Расскажешь?

— Да какая теперь разница?

— Большая, — Марк мягко, но настойчиво поднес ложку к ее губам. — Пока суп ешь, отвлечешься. Да и мне полезно послушать, как у вас там, на верхних этажах в офисах, люди друг друга жрут. У нас на стройке все проще: если прораб дурак или кирпич воруют, это сразу видно. А у вас? Расскажи про свою контору. Кто там у вас главный?

Анна проглотила теплый бульон, помолчала, настраиваясь, а потом тихо, горько усмехнулась под бинтами. Ей вдруг действительно захотелось выговориться. Рассказать этому простому человеку все, но так, чтобы не грузить его терминами, долями аудитории и рейтингами.

— Ну, представь обычный отдел в какой-нибудь старой, консервативной конторе, — ее измененный голос звучал глухо, но отчетливо. — Есть у нас начальник, Родион Казимирович. Сидит в своем кресле уже тысячу лет. С виду — добрейший руководитель, такой заботливый дядюшка, который за каждого сотрудника якобы горой. Всем пытается угодить, со всеми мягкий, вежливый. Но это только фасад. На самом деле его главная задача — сделать так, чтобы в отделе ничего не менялось. Никаких изменений, никаких людей с улицы. Стоит кому-то предложить новую идею, проект, попытаться сделать шаг в сторону — он тут же мягко, с улыбкой, этот проект закрывает. Ему не нужны живые люди, ему нужны винтики, которые работают строго по инструкции и не высовываются. Пока ты послушно крутишься в его системе — ты лучший сотрудник. Стоит проявить характер — тебя аккуратно, чужими руками, отодвигают в тень.

Марк слушал, не перебивая. Его пальцы, державшие контейнер, едва заметно напряглись. Родион Казимирович. Глава крупнейшей информационной службы, серый кардинал медиахолдинга, человек, контролирующий финансовые потоки, о которых обычные люди даже не догадываются. И он панически боится «перестроек». Боится, что кто-то заглянет за его чистый, отрегулированный фасад. Например, въедливая журналистка, какой несомненно была Анна.

— А на твое место кто-то метил? — тихо хрипнул Марк, поднося следующую ложку.

— Была одна… Точнее, не одна, но остальных я обыграла по всем статьям, — Анна рассмеялась, и ее пальцы разжали простыню. — А вот Снежана… С ней не вышло. Молодая сотрудница пришла к нам пять лет назад. Знаешь, есть такие исполнительные, холодные девочки. Профессионал из нее, честно говоря, так себе — за нее всегда другие работу доделывали. Но у нее есть другое качество: она идеально умеет ловить настроение Родиона Казимировича. Понимает его с полуслова, никогда не спорит, смотрит в рот и готова выполнить любое, даже самое абсурдное поручение, лишь бы продвинуться по службе.

Анна пошевелила плечами под одеялом, вспоминая, и под бинтами проступила жесткая складка.

— Да какая теперь разница, — Анна тихо вздохнула, и ее пальцы чуть расслабились, отпуская простыню. — Странно… забылось все давно, а сейчас здесь, под твой суп, вдруг вспомнилось. Это ведь как раз тогда началось, два года назад, когда погиб Андрей. Мы с ним дружили. Мне его до сих пор не хватает.

— Андрей?

— Однокурсник. Работали вместе. А потом он поехал на выходные по личным делам поработать.

— Типа халтуры?

— Да, частный заказ. Сперва думали, что поскользнулся, потом выяснилось, что какая-то заезжая девица-эскортница убила.