Книга Тень княгини, страница 73 – Алеся Кузнецова

Здесь, в 2026 году, Анна Платонова впервые в жизни чувствовала себя защищенной именно потому, что для этого парня ее былая космическая красота не весила ничего. Как поддельные медные монеты, покрытые сверху серебром, которые Донна сразу же изобличала своими весами.

— Ну и дурак ты, Кто-нибудь, — тихо, с едва заметной улыбкой прошептала она, закрывая глаза. — Иди к себе. Завтра операция. Мне выспаться надо перед встречей с твоими мастерами ремонта.

Марк не шевельнулся. Он лишь аккуратно, бережно вернул ее руку на простыню, поднялся со стула и пошел к выходу, шлепая своими смешными резиновыми тапками.

У самой двери шаги затихли.

— А ты так и не рассказала, — глухо произнес он в темноту палаты.

Анна не шевельнулась, но ее дыхание на секунду прервалось. Свежий, сырой воздух из открытого окна мягко шевелил подол больничной ситцевой сорочки. Ей казалось, что дверь уже закрылась, что ее оставили наедине с мыслями, но этот упрямый, сиплый голос вернул ее обратно к их зыбкому, невидимому мосту и этому вопросу.

Ей вдруг отчаянно, до щемления в груди захотелось выговориться перед этим чужим, хмурым парнем, который пах июльским дождем. В темноте ее исповедь ни к чему не обязывала.

— Пять лет, — тихо, гортанно произнесла Анна, утыкаясь подбородком в край больничного одеяла. — Пять лет я любила человека. Безответно, глупо, до хруста в суставах. Причем самое смешное, слышишь меня, эй, Кто-нибудь, — мы с ним даже ни разу нормально не разговаривали. Только сталкивались иногда взглядами. Ну и пару раз по работе. Он… он был из тех мужчин, рядом с которыми чувствуешь себя дурой, даже если у тебя два высших образования и внешность топ-модели. Космический масштаб.

— Космонавт? — с удивлением уточнил Марк, прикидывая в голове, кто из медийных красавцев в последние годы летал к звездам.

— Нет, — улыбнулась Анна. — Просто космический. Я смотрела на него и понимала, что никогда не смогу стать для него достаточно хорошей. Что бы я ни делала, как бы идеально ни выглядела — не дотягиваю и все тут. И эта невозможная, стыдная любовь мучила меня целых пять лет…

Марк замер у двери, словно вкопанный. Его челюсть судорожно сжалась. Ладонь, лежавшая на ручке двери, побелела в суставах.

В его голове, привыкшей к четким алгоритмам, мгновенно запустился бешеный, хаотичный перебор вариантов. Пять лет. Кто?! Кто этот ублюдок, из-за которого недосягаемая для него Анна Платонова пять лет ломала себя изнутри? Тот холеный министр, который вечно присылал ей цветы в студию? Или Лебедев — нет, Лебедев слишком мелок для «космического масштаба». Да и познакомились они только год назад. Может, тот знаменитый кинорежиссер, который звал ее в свой проект в прошлом году? Но Анна не рискнула переехать и оставить любимое телевидение. Или…

Демидов лихорадочно перебирал лица топ-менеджеров холдингов, известных актеров, политиков, чувствуя, как внутри него закипает глухая, яростная, совершенно иррациональная мужская ревность. Ему хотелось найти этого человека и разбить его идеальное космическое лицо в кровь.

Ему и на секунду не могло прийти в голову, что космос со своими серверами прямо сейчас стоит у двери этой комнаты. Так же как не могло это прийти в голову и Анне.

— И что теперь? — Марк заставил себя вернуть голосу прежнюю сиплую, ворчливую хрипоту, хотя внутри у него все пылало. Он сделал два шага обратно к кровати. — Где он теперь, твой космос?