Книга Перелом, страница 98 – Полина Ром, Дмитрий Лим

Я сидел в своей комнате, глядя на огонь в очаге. Время уходило, а вместе с ним таяли и без того скудные резервы. Брин стучал молотом в кузнице, стараясь сохранить видимость работы, но заготовки заканчивались. Грок маялся у входа, то и дело поглядывая на меня. Он привык решать проблемы силой, а здесь сила буксовала. Нельзя ударить булавой по системе труб и заставить воду течь.

Система. Это слово крутилось в голове. Вальд был лишь инструментом, винтиком в чужом механизме. Убрав его, я сломал шестерёнку, но сам механизм продолжил крутиться, перемалывая мои начинания. Чтобы остановить жернова, требовалось найти того, кто крутил рукоять. Торг указал наверх. На второй уровень. Туда, где обитали те, кого боялись надзиратели третьего яруса. Туда, где правили купцы, а не головорезы.

У меня был один путь наверх — через Гурга. Гург был из тех людей, которых замечают только тогда, когда наступают на ногу. Маленький, юркий, вечно перемазанный, он работал на стыке уровней, перетаскивая мелкий груз через технические шахты. Гург не принадлежал ни одной банде, ни одной общине. Он был одиночкой, а одиночки в Стволе выживают только за счёт полезности. Я подозвал его к себе, когда он принёс очередную партию щёлока.

— Мне нужен проводник на второй уровень, — сказал я прямо, не ходя вокруг да около. — Не на главный рынок. Мне нужна встреча с тем, кто знает там каждый угол. С чистильщиком.

Гург замотал головой так резко, что мне на миг показалось, что он похож на «болванчик», который ставили на торпеду машины.

— Нет, учётчик. Там не наш мир! Там свои законы! Чистильщики второго яруса — это другая порода, их не найти, если они сами того не захотят.

— Захотят, — я положил на стол два бруска белого мыла. — За это они захотят.

Гург смотрел на мыло, потом на меня. В его глазах боролись жадность и страх. Страх победил, но жадность подбросила идею.

— Есть один, — наконец выдавил он. — Дарен. Он обслуживает вентиляционные шахты над торговыми рядами. Говорят, он знает все дыры в этом каменном сыре. Но он опасный, Макс. Он не воин, но его слова могут убить не хуже меча. Если он решит, что ты угроза, он просто закроет заслонку, и ты задохнёшься в трубе.

— Это мой риск. Выведи меня на него.

* * *

Встречу организовали через сутки. Гург повёл меня и Кая через заброшенную дренажную систему, мимо гудящих насосов Роха, по крутым каменным лестницам, стёртым до гладкости миллионами шагов. Воздух менялся с каждым пролётом. Если внизу пахло гнилью, потом и сыростью, то здесь, на подступах ко второму уровню, к запахам примешивался аромат дыма, горячего металла и чего‑то непонятного.

Мы выбрались в широкую техническую галерею, скрытую за массивными чугунными трубами. Здесь было светлее: по стенам тянулись толстые жгуты люминесцентного мха, выращенного в глиняных горшках.

Дарен ждал нас у стыка двух огромных вентиляционных каналов. Гург был прав: человек по имени Дарен выглядел как крыса, принявшая человеческий облик. Маленький, сухой, с жилистыми руками, покрытыми старыми следами от крысиных укусов. Его взгляд метался от меня к Каю, оценивая, взвешивая, просчитывая. Он не боялся. Это было странно. Обычно люди его комплекции бледнели при виде Кая, но Дарен смотрел на моего убийцу так, словно видел в нём лишь набор мышц и костей, не представляющий интереса в его мире шестерёнок и шахт.