Книга Тьма у трона, страница 85 – Элиот Лилит

«Иди сюда, – позвали чернильные губы. – Иди к нам. Ты нужен нам. Ты нужен нам так, как никогда не будешь нужен им».

Тьма становилась все ближе, грозя перехлестнуть через берег, смести их с лица земли, как фигуры с шахматной доски. Загасить единственный огонь, в котором Алексей еще мог найти спасение. Забрать последнюю надежду.

Алексей попятился. Черная волна не взвилась, как в его кошмарах. Только на той стороне широкой клубящейся полосы взмыли в воздух десятки крылатых бесов, танцуя, переплетаясь, вгрызаясь друг в друга и раздуваясь от плоти поглощенных сородичей. Алексей потянулся к шпаге, но бесы к ним не полетели, а скользнули прямиком во тьму и растворились в ее глубине. Твари подальше так и носились на алом горизонте, будто мрачные птицы смерти.

Подул ветер – со всех сторон разом, оставляя на щеках жгучие пощечины. Справа, на другом берегу, взвились в жарком смерче щепки и балки развалившейся церквушки. Оставленные позади дома тягостно скрипели. Слабо дрожала земля, пока одна из соседних улиц шла трещинами.

— Это отвратительно, – император поджал губы. – Чистейший, необузданный хаос. Теперь я понимаю, о чем он говорил.

Теперь? Он? Одурманенный разум не поспевал за чужими словами. Хотелось закрыть глаза. Хотелось выдрать из себя с корнем черное притяжение, настойчиво влекущее туда, откуда нет возврата.

Предплечье стиснули ледяные пальцы.

— Пойдем отсюда.

Яркая белая нить увлекала Алексея прочь из царства смерти. Нить, привязывающая его к миру. К жизни. К людям. Он снова был ребенком, которого с наступлением ночи за руку уводят со двора под защиту родительского крова. Черное ущелье осталось позади.

— Ваше величество, – прошептал Алексей, хотя не знал, что хочет сказать. И никакие слова не могли.

Он и не успел бы. Из прохода меж двух домов, клонящихся в объятия друг друга, степенно выкатилась угольно-дымчатая тварь. Она напоминала бы жирного червя, если бы черви бывали размером с двух выставленных друг за другом лошадей. Раздутая, клубящаяся по краям туша беззвучно скользила над сухой землей. Окаменевший Алексей целую секунду надеялся, что она еще проползет мимо, скроется за косым углом разоренного здания. Как будто ему хоть раз в жизни так везло.

На вид такая неповоротливая, тварь крутанулась, как стрелка развернутого компаса. Уши затопил шумящий водопад. Алексей едва услышал собственное:

— Отойдите!

Потом верх взяли инстинкты, и в мире не осталось ничего, кроме страшного противника и тонкой полоски стали в руке.

Ноги отпущенными тугими пружинами бросили его вперед. Парящие в воздухе песчинки иглами вонзились в лицо. Шпага засвистела: раз, два… Третий колющий удар оборвался на полпути – Алексей метнулся в сторону, уходя с пути жадной черной пасти. Не удержался на ногах, перекувыркнулся через голову, снова вскочил, отплевываясь от песка и выставив перед собой шпагу. Но тварь уже отвернулась, подобралась, готовясь скользнуть к замершей посреди дороги одинокой фигуре.

Алексей качнулся, оглушенный собственный яростью.

«КО МНЕ!»

Тварь замерла. Неохотно поворотилась, будто лошадь, дернутая за повод. И снова бросилась на Алексея, разевая круглую, похожую на черную воронку пасть. Он снова отскочил, полоснул наотмашь. Освященная сталь сверкнула багрянцем, но складчатый бок изошел лишь тонкой струйкой дыма. А чудовищный червь уже снова лез на него, неумолимый, как пушечное ядро.