Книга Воронка. Спаси меня, страница 67 – Майя Тень

— Полагаю, ваши консультации не могли быть дешевыми. Информация действительно ценная, эксклюзивная, каждый рассмотренный вами случай требовал индивидуального подхода, так? Консультировали, как обойти закон? Как легализовать краденое? Как отмыть деньги через подставные фирмы? Как организовать фиктивные угоны с целью получения страховки?

С каждым словом Кантинин становится все более мрачным. Продолжаю давить, чтобы не рыпался, а быстрее помог мне, да и себе заодно:

— Только, знаете ли, это не консультации, Герман Демьянович. Это соучастие. В маленькой флешечке, что я нашёл в одом из кабинетах "Воронки", есть информация, достаточная и для статьи 85 УК РФ «Превышение должностных полномочий», и для статьи 159.5 УК РФ «Мошенничество в сфере страхования», и для статьи 289 УК…

— Хватит!

У Кантинина, похоже, начинают сдавать нервы. Он делает последний и такой ожидаемый рывок:

— Хватит, я сказал! Мне нужен адвокат.

Расслабленно верчу ручку в руках. На самом деле я ни черта не расслаблен. На самом деле удивительно, как эта ручка вообще не ломается в моих руках. Но Кантинин этого не видит. Он только слышит мои слова:

— Отлично, хотите проходить по делу как обвиняемый и соучастник — ваш выбор. Звоните адвокату. Я все же думаю, вы умнее и предпочтете выступить как свидетель.

— Вы же только что меня тремя статьями подряд пугали, что, на все три глаза закроете? — неуверенно выдает Герман Демьянович.

— Слишком широко не замахивайтесь, уважаемый Герман Демьянович. Когда один из наших сотрудников глаза закрыл, Вика после побега попала в лапы своих мучителей и пережила семь кругов ада. В ходе работы над делом о «Воронке» будет отличный повод и его задеть по пару статей, потому что он так трясется перед Учителем, что на все мои предложения выступить против «Воронки» ответил отказом. Но, уверяю вас, это ему аукнется.

Кантинин резко встает со стула и подходит к окну. Думает, идти по пути Сайгакова или прислушаться к моим словам. Правильно думает. Сайгакова я еще размажу, придет время. В стекле мелькает отражение спутавшегося с криминальной бандой чиновика — бледное, напряженное.

Думаю, битва выиграна. И она будет одной из главных в войне с «Воронкой».

— Только бы она была короткой. Иначе я с ума сойду, думая о Вике и получая очень обрывочные сведения о ней. — Это я уже говорю себе, разумеется, не Кантинину.

— Не только «Воронка» хранила компромат на меня, я тоже понимал, что наши дела настолько серьезные, что владеть материалом, благодаря которому ты сможешь держать врага в узде не прихоть, а скорее необходимость.

— Слушаю вас, — поддерживаю Кантинина, сподвигаю рассказать больше. — Давайте перейдем к более конкретным сведениям. Терять-то вам уже все равно нечего.

— У меня есть информация о том, какими незаконными путями, вплоть до использования психотропных веществ, удерживали адептов «Воронки», превращали вновь прибывших в верных последователей этого Учителя. На каждого члена велся дневник, все фиксировалось. Часть этих сведений у меня.

— Сможете прислать мне на почту?

— Лучше принесу лично. Боюсь, ваша почта, как домашняя, так и рабочая уже под контролем Учителя.

Отлично, значит, Кантинин не лжет. Значит, собирается предложить стОящую информацию. То, что моя почта под колпаком, Багрянцев уже давно выяснил.