Книга Воронка. Спаси меня, страница 87 – Майя Тень

— Вик, ты обиделась?

— Нет, просто ты сегодня такой серьезный, что подумала, уместнее на «вы».

— Прости, устал. И прости, что не был с тобой в больнице.

— Это ты меня прости. Илья, можно я выйду из ванной и приду к тебе. Мне надо тебе кое-что сказать.

Переставляю корзину с цветами в нашу спальную комнату и жду Вику там. В теплом банном халате она похожа на маленького медвежонка. Аромат ее любимой пены благоухает, до сих пор щекочет ноздри. Забываю про усталость. Забываю, что минуту назад что-то строго и бестолково выговаривал ей. Вика развязывает пояс, делает еле заметное движение плечами и вот уже перешагивает через халат и встает передо мной. Близко-близко встает.

С ума сойти. На ней только черные кружевные трусики. Веду глазами выше. Плоский живот, упруги розовые груди — на них тоже останавливаюсь подольше, борясь с желанием облизнуться. Вика делает нетерпеливое движение шеей и я, наконец, обращаю внимание:

— Но почему? Ты же так этого хотела!

— Не смогла… Как только зашла в кабинет доктору поняла, что не смогу. Вернее, пришла пораньше, целый час просидела в коридоре и уже там поняла, что нет. Она — моя, Илья. Если бы не она, мы бы с тобой не познакомились. Если бы не она, я была бы не я, а какая-то другая. Это ты меня убедил, что дело не в ней, что я красивая и с ней, и без нее.

Последние слова она шепчет. Такое чувство, что из глаз польются слезы. Пока моя любимая девочка не расплакалась, спешу приютить ее в своих объятиях.

— Я тебя не обманывал. Ты красивая и с ней.

— К тому же, удалю я ее или нет, она сможет генетически передаваться детям. А уж если я чего бы и хотела, так это, чтобы моя дочка не комплексовала как я из-за подобной ерунды.

Еще сильнее прижимаю Вику к себе, целую волосы, глажу родинку подушечками пальцев:

— Если у нашей дочери будет такая родинка, я ей с самого детства, нет, с пеленок расскажу, что это не родинка, а талисман. И ее принц обязательно влюбится в нее, а родинка будет оберегать их любовь.

— Как ты? — шепчет Вика. Она сама сейчас похожа на ребенка.

— Как я, — самодовольно соглашаюсь с ней. — Так, за отказ, надеюсь, доктор не ругался с тобой? Или мне позвонить ему?

Вика немного мнется, из-за чего я опять начинаю беспокоиться.

— Нет, не ругался. Один из анализов пришел с опозданием. Тот, который я сдавала еще сегодня с утра. Операцию все равно пришлось бы отменить. Уровень ХГЧ намного превышен.

ХГЧ, ХГЧ, вроде и знакомое что-то, но не могу понять, что с Викой не так.

— Вика, это проблема? Я полицейский, а не медик, расскажи, пожалуйста, внятно.

— Это проблема, — соглашается Вика. — Я не замужем, а хотелось бы, чтобы у ребенка был отец.

И вроде все понятно. Но от растерянности доходит долго. Наконец, выдаю:

— Ты — беременна? У нас будет маленький?

Вика смеется и утвердительно кивает головой.

— Значит так, мне клятвенно обещали два дня выходных. Ничего не планируй. В субботу мы идем за кольцом, потом — в ресторан. Обещаю встать на колени и попросить твоей руки. В воскресенье собираем друзей и делимся радостной новостью. А в понедельник я вырвусь из работы на часок и мы пойдем подавать заявление в ЗАГС.

— Очень романтично, — смеется Вика. — Пошли, я пюре и печёнку приготовила. Ты же после работы.

Кружу ее по комнате и говорю, что люблю. Целую и не могу нацеловать ту самую родинку.

История Лебедевой Анны-Вики, да и моя история началась с этой самой родинки. На ней и закончится.

А дальше начнется история Вики Гордеевой. С родинкой. Но не с уродливой, а с родинкой-талисманом, который принесет ей только счастье. Я, капитан полиции Гордеев Илья Марсельевич, обещаю позаботиться об этом.