Книга Вне закона, страница 163 – Всеволод Крестовский

— Что такое? – слегка прищурилась она, как бы не поняв или не расслышав.

— Бумаги, говорю, пропали! – внутренно страдая, повторил Вантрик.

— Какие бумаги?

— Из «дела»… прямо из «дела»… из коробовского…

— Неужели? – словно бы и непритворно изумилась Людмила. – Какими же судьбами это могло случиться?

— Не понимаю!

— И давно уже?

— Сегодня вечером, после твоего ухода.

— Тсс!.. Пожалуйста, говорите на «вы»! – тихо остановила его Людмила, указав выразительным взором на дверь, за которою находился Вельтищев. – После моего ухода? – возвратилась она к начатому разговору. – Скажите пожалуйста, какой случай!.. И важная это бумага?

— Счет и опись, – сообщил Жаночка.

— Счет и опись?.. Хм… что ж это за счет и опись?

Тот пояснил ей.

— Ай-ай!.. Это очень прискорбно! – покачала она головою. – Но точно ли вы убеждены, что они пропали? Быть может, просто завалились куда? – у вас ведь этих бумаг на столе такая пропасть!

— Завалиться они никуда не могли, – с убеждением отверг это предположение Вантрик, – они были подшиты к делу, да и, наконец, я все и везде переискал уже! Они могли только пропасть, исчезнуть.

— То есть как же это исчезнуть, коль скоро они были подшиты?

— Очень просто: нитка развязана, бумаги вытащены и унесены из дому!

— Какой странный случай!.. Вероятно, был кто-нибудь после меня?

— Ровно никого не было.

— Так что же, спиритские духи подшутили, что ли? – улыбнулась Людмила.

— Нет, я думаю, не духи, а люди.

— Но если после меня никто там не был! И наконец, кому же они понадобились?.. Разве это такие важные бумаги, которые имеют большое значение для дела или от которых зависит решение участи Коробова?

— В том-то и сила, что нет! – в недоумении пожал плечами Жаночка. – Да и для дела они не имеют никакого значения, хотя вначале я было и думал иначе…

— В таком разе о чем же вы так беспокоитесь?

— Да как же не беспокоиться? Бумаги – говорю вам! – очевидно вытащены из дела и унесены, вот что-с!

— Хм… И вы так взволновались этим, что собственно ради того явились сюда и сообщаете мне так таинственно? – с легкой иронией заметила Людмила. – Очень сожалею, что это так странно случилось; но чем я могу помочь тут?

— Возвратить мне бумаги.

— Что-о?.. Как вы сказали? – отступив на шаг, вонзила в него из-под сдвинутых бровей свой стальной и непреклонный взгляд Людмила.

— Я… я… я прошу только отдать мне их! – пробормотал Жаночка, окончательно теряясь и конфузясь под ее строгим, полным достоинства и магнетически-пытающим взглядом.

— Так вы полагаете, что я у вас украла?

— То есть я… нет, я не полагаю… но я полагаю, что… может быть, как-нибудь по неосторожности… или в шутку.

— Вы начинаете говорить нелепости! – холодно остановила его Людмила. – За одно подобное предположение, милостивый государь, мне бы следовало указать вам на дверь, и если я не делаю этого, то только потому, что вы и без того слишком жалки в эту минуту!

— В таком случае я приму иные меры! – пригрозил не на шутку обидевшийся Жаночка.

— Можете! – презрительно и гордо усмехнулась Людмила. – Но меня никакими вашими мерами вы не запугаете!

— Я принужден буду сейчас же послать за понятыми, за полицией и произвести у вас новый обыск.

— Если угодно, – усмехнулась Коробова. – Моя прислуга даже поможет вам созвать, кого вам будет угодно; я не боюсь ваших обысков: производите их сколько хотите, но советую помнить, господин Вантрик, что на новый обыск вы должны иметь законное право, а без того ваши действия будут только насилием, которое для вас не пройдет даром: не забывайте, что у меня есть язык и воля, а у вас начальство и, наконец, что у нас, кроме того, существует еще газетная гласность! А теперь, если угодно, можете приступать к вашему обыску!.. Да, и еще одно не мешает сообщить вам, – прибавила она после короткого молчания. – Обвиняя меня в такой краже, которая в глазах каждого здравомыслящего человека не может иметь для меня никакого смысла и ни малейшей надобности, я бы желала знать, каким образом вы объясните вашему начальству и суду то обстоятельство, что я, жена арестанта, над которым вы производите следствие, могла интимным образом бывать в вашем домашнем кабинете?.. Как вы полагаете, найдет ваше начальство, что это факт непредосудительный для чиновника в вашем положении?.. Отвечайте!