Онлайн книга «Вне закона»
|
— «Разряд IV», – продолжал он, указывая на последнюю строку, – это своего рода наши сословия. К первому разряду принадлежит народ, которому всегда и везде первое и самое почетное место; ко второму – войско, к третьему – духовенство, к четвертому – интеллигенция. Теперь, если тебе придется завербовать какого-нибудь Иванова и, положим, что Иванов этот будет работником на каком-нибудь заводе, ты ему должен будешь выдать следующий бланк. Антизитров взял перо и стал писать на той же бумаге:
— Единица в знаменателе, – пояснил он, написавши, – означает, что это первый человек, завербованный 12 129-м нумером, то есть тобою, и ты будешь знать, что это именно работник Иванов, потому что тебе нетрудно знать и помнить имена твоих собственных вербунков. Бланк Иванова ты сообщишь мне, а я передам в комитет, и там его запишут. Таким образом, все последующие бланки от всех этих Ивановых, Петровых и всех будущих из серии С будут проходить через твои руки ко мне, а я уже должен передавать их в комитет. Штука простая, но поди раскрой-ка подобную организацию! Пусть-ка попытаются узнать, кто именно принадлежит к ней! – самодовольно похвалился в заключение г-н Антизитров. «А ведь, право, у меня отличный организаторский талант!.. И как все это быстро соображено!» – мысленно улыбнулся он самому себе, поглаживая свои прекрасные черные волосы. – Если б такая-то организация да на самом деле!.. Пречудесно бы!» — Ну а теперь вот тебе доказательство, как я вру! – выложил он перед Коробовым пачку денег, полученных от Вельтищева. – Здесь вот триста рублей. Двести пятьдесят – это мое месячное жалованье от общества, а пятьдесят рублей комитет выдал в пособие собственно тебе. Ты, пожалуйста, дай мне расписку в получении, потому как у нас уж порядок такой! Я ведь должен дать отчет перед комитетом. — Как же мне подписать ее? Своим именем? – спросил Валерьян, который был до того озадачен видом неожиданно выложенных денег и этим «пособием», что просто не верил собственным глазам. Пятьдесят рублей – да это теперь казалось ему громадным кушем, после скудных рублевых выцарапываний из редакций уличных газеток! Пятьдесят рублей – шутка сказать! Он – обладатель пятидесяти рублей, которые так легко и словно бы с неба к нему свалились! Обрадованный Коробов бросился на шею г-ну Антизитрову. — Ну, ну, голубчик! Без телячьих нежностей! – отстранил тот стремительный порыв своего друга. – Я ведь тебе говорил – помнишь? – что можно приискать тебе более солидный труд и вознаграждение, чем все эти грошовые «отметки». А будешь работать как следует – и содержание твое будет увеличиваться! Общество своих никогда не оставляет без поддержки! Так ты это и знай! Ну а расписку, – прибавил Антизитров, – ты должен подписать по следующей форме: такого-то числа и года пятьдесят рублей сполна получил, и затем – твой шифр: серия С, нумер и прочее. Коробов тотчас же подписал все, что требовалось. — Этот шифр советую тебе выучить наизусть и помнить так же твердо, как свое собственное имя, потому что он действительно есть твое имя, – внушил ему Антизитров, пряча расписку. — Ах, теперь надо первым делом пальтишко себе какое-нибудь потеплее сторговать на толкучем! – вырвалось у Коробова задушевное слово, как только он почувствовал себя обладателем такого богатства. |