Книга Король Гарлема, страница 110 – Саша Южный

Наконец мой напарник остановился.

— Янки, куда нам нужно идти?

— К заливу, – сказал я.

Старик коротко выругался и повернул в другую сторону. Через полчаса он свалился на землю и неподвижно лежал минут пятнадцать, затем поднялся и произнес:

— Мы сейчас на равнине. До рассвета нужно убраться с нее. Впереди отроги, за ними река Артибонит. Это лучший путь к заливу. Нас хватятся только к завтраку. Зина обещал не поднимать тревоги раньше времени. Лодку я найду.

Когда поднялось солнце, мы были уже у реки.

Негр оставил меня в зарослях, а сам пошел к деревне. Где-то через полчаса я услышал негромкий свист со стороны реки и, обернувшись, увидел сквозь ветви своего напарника. Он стоял в лодке, которая находилась рядом с берегом.

— Прыгай, – скомандовал старик. – Поплывем.

Когда я забрался в лодку, он сунул мне в руки весло.

— Пока пойдем на веслах, чтобы не услышали. Греби, янки!

— Я не янки, – сказал я и, устроившись у кормы, принялся грести.

— А кто? – спросил он, орудуя веслом с правого борта.

— Русский!

— А нам говорили, что вы американцы.

— Неправильно говорили.

— А еще говорили, что вы убили трех священников.

— Двух, – сказал я. – Третьего убили сами священники.

Во взгляде старика появилось выражение озадаченности. Больше он ничего у меня не спрашивал.

Отойдя на приличное расстояние от деревни, мы завели мотор.

— Ты давно в этой тюрьме? – спросил я.

Лицо моего спутника стало задумчивым.

— Я строил эту тюрьму, а потом сидел в ней.

— За что? – спросил я.

— При Дювалье я был большим человеком, но крови на мне не было, потому мне оставили жизнь. Но какая жизнь в тюрьме.

* * *

Дело шло к вечеру, когда мой напарник направил лодку к берегу.

— Есть хочешь, русский? – спросил он и подмигнул мне.

Я только молча кивнул.

Старик достал откуда-то со дна лодки леску с крючком и бросил мне спички.

— Разводи огонь.

Часом позже мы уже сидели у костра и ели зажаренную на огне рыбу.

— В этой несчастной стране даже и украсть нечего, – сказал он. – Если бы не река, то все сдохли бы с голоду.

Потом старик опять ушел ловить рыбу, чтобы заготовить ее впрок. Я остался поддерживать костер.

Мы шли вниз по реке всю ночь, меняясь по очереди на руле. Когда на рассвете на левом берегу показались две огромные песчаные проплешины, мой компаньон, дремавший на носу лодки, поднял голову, посмотрел на них и произнес:

— Приехали. Причаливай.

Я направил лодку к берегу.

— Как твое имя? – неожиданно спросил он.

— Вечер! – ответил я, удивляясь, тому, что за столько времени мне самому не пришло в голову поинтересоваться, как его зовут.

Может быть, потому, что я воспринимал этого человека лишь как средство, способное устроить побег, не более.

— Виктор, – сказал негр, делая ударение на последнем слоге, и протянул мне руку.

Я чуть удивленно подал ему свою. Было странно, что черный имеет такое имя.

Виктор понял мой взгляд.

— Удивляешься?

Я молча кивнул.

— Когда-то на острове жили французы. У нас много французских имен, – объяснил он.

Лодка ткнулась носом в песок. Мы высадились на берег и некоторое время шли вдоль реки. Стояла абсолютная тишина. На востоке все больше светлело небо.

— Как ты собираешься покинуть остров? – впервые за все время спросил Виктор.

— На судне, – ответил я.

— Оно придет за тобой?