Книга Король Гарлема, страница 108 – Саша Южный

У Эдгара на лице была лишь одна ссадина и небольшой синяк под правым глазом.

— Легко отделался, – заметил я, с трудом шевеля разбитыми губами.

Эдгар угрюмо усмехнулся, отставил в сторону тарелку с размазней и сказал:

— Отбили все. Печет внутри.

Я внимательно посмотрел на Эдгара. Человек нес потерю за потерей. Он лишился денег, мечты, его предала любимая женщина, более того, именно она пристроила его в тюрьму. Тут недалеко и до самоубийства.

Но лицо моего босса ничего не выражало.

Я поднялся и стал ходить по клетке взад-вперед, посматривая на ее длинные железные прутья.

Когда я в очередной раз повернулся, дорогу мне перегородили худые длинные ноги. Я посмотрел на старого негра с лицом, заросшим седой щетиной, который их и вытянул.

— Хорошо дерешься, янки, – неожиданно произнес старый хрен на английском и усмехнулся. – Что на решетки смотришь, сбежать хочешь?

— Хотя бы и сбежать, – хмуро произнес я.

— Глупый ты, янки. Куда же ты сбежишь? Остров кругом. Это та же тюрьма, – кофейные глаза негра пристально смотрели на меня.

— Нашел бы куда, не сомневайся, – произнес я и добавил: – Ноги убери.

Старик поджал свои ходули, и я двинулся дальше по клетке.

* * *

День прошел без каких-либо происшествий. Нас никуда не вызывали, заключенные нас тоже больше пока не трогали. Бродя по камере, я заметил штук шесть расквашенных рож. Это была моя работа. «Очень даже неплохо», – удовлетворенно подумал я, с профессиональным интересом рассматривая развороченные физиономии сокамерников.

Старший по камере, тот самый тип, который спрашивал, кто мы такие, еще с утра вызвал надзирателей, и те уволокли из клети двоих искалеченных зеков. Они не могли идти сами. Третий заключенный ушел с ними своим ходом. Он вернулся во второй половине дня, его рука была в гипсе.

В сумерках нас покормили еще раз. Я покончил с едой меньше, чем за минуту, и подумал, что на таком курорте здоровье не поправишь.

Ночь рухнула на тюрьму неожиданно.

Я лежал на спине, поджав ноги, рядом с Эдгаром. Справа и слева от меня сопели и ворочались соседи. От них исходил непривычный запах. У меня было такое ощущение, что я лежу среди насекомых. Потом я забылся сном, но когда почувствовал возле себя легкое движение, тут же проснулся. Кто-то неслышно лег рядом со мной.

Я напрягся, а потом мое ухо уловило едва слышный шепот:

— Тихо, янки, здесь полно стукачей. Ты намекнул, что сможешь сбежать с острова, я правильно тебя понял?

— Да! – ответил я.

— А я могу сбежать из тюрьмы, но делать это мне ни к чему. Здесь никто не убегает. Нет смысла. Все равно поймают. Это остров, с него убежать невозможно. Если ты поможешь мне это сделать, то я помогу тебе убежать из тюрьмы.

— Нас двое, – сказал я.

— Троим нельзя. Двоим можно, – сказал старик и поднялся так же бесшумно, как и лег.

Остаток ночи я не спал, размышлял над предложением сокамерника. Это был шанс, но делать все нужно очень быстро, пока Сола со своим дружком не добрались до передатчика и не подали сигнал. Хотя неизвестно, когда еще придет шхуна. Вполне возможно, что ее придется ждать неделю. Но, тем не менее, поторапливаться стоило. Только как быть с Эдгаром? Оставлять его нельзя. Эти скоты будут измываться над ним.

Утром за завтраком я сказал Эдгару:

— Мне предложили бежать.