Книга Смеющаяся Река, страница 96 – Людмила Семенова

— Ну, духам это не нужно, — заявил Илья, — а что до нежити, то никого уже не спросишь. Но хуже всего то, что в ходе обряда что-то нарушилось. Души мы смогли упокоить, но этот затяжной дождь свидетельствует о гневе мироздания, и я не знаю, как скоро мне удастся его задобрить и как это скажется на природе.

Именно эти слова больше всего обнадежили и успокоили Гленна. Конечно, лучше бы лешие остались по ту сторону барьера — в них он сразу почувствовал опасных противников. Однако подобный «гнев» мог не только деморализовать духов, но и спровоцировать мощный выход того минерала, что был нужен охотникам. Правда, в таком случае каждая минута была на счету, и больная нога Гленна оказалась совсем некстати. Но рядом оставалась Лохлин, которую он мог послать к Ключевским, а те бы уже быстро сориентировались.

Илья настороженно посмотрел на Гленна, и тот помимо воли отвел глаза. Но финн лишь произнес:

— Ладно, на сегодня хватит откровений, Тревор. Не обольщайтесь, что разгадали тайну века или нашли мое слабое место: я понимал, что вы рано или поздно узнаете. А вот проблемы, о которых я сказал, могут коснуться и вас. Поэтому если вы что-то недоговариваете, советую не тянуть.

Это было единственное пожелание, которое Гленн получил напоследок, но он и не рассчитывал на спокойный сон. Предстоящие часы оставалось только пережить, перетерпеть, чтобы набраться сил и довести задание до конца.

Илья вышел из гостевого дома, чтобы позвать Илмара и наконец поспать. Но по дороге он почувствовал знакомый запах сосны, молока с медом и угля, а затем и крепкую руку Юхани на своем плече. Колдун поспешно затушил сигарету под дождем, зная о нелюбви Волка к табачному дыму, и улыбнулся. Он привык называть лесного духа просто другом, но на деле связь между ними за эти годы стала почти кровной и беспощадный хищник смотрел на него с теплотой и преданностью фамильяра.

— Что ты здесь делаешь, глупая волчья морда? — спросил Илья с напускной строгостью. — Тебе сегодня больше всех отдыхать надо, еле на ногах держишься!

— Брось суетиться, Велхо, на это у меня Фиалка есть, — усмехнулся леший. — Видишь же, я живой! А ты славно его пропесочил, ничего не скажешь! Вот только боюсь, мы что-то упускаем. Не нравится мне этот мальчишка, очень не нравится…

— Да и я от него не в восторге, Юха! — заметил Илья.

— Я не о том говорю, Велхо, не про ваши людские терки. Что-то с ним не то — даже мой нюх может подвести, а вот Другой Лес не обманешь. Тамара взяла у него кровь?

— Да, я в первую очередь поручил ей это сделать.

— Вот и славно, — проговорил Юхани, задумчиво сцепив руки. — А еще он ведь упоминал, что Шихан его укусил? Я прошу твоего разрешения осмотреть дом и поискать следы той крови для сравнения — дерево хороший хранитель флюидов, и чую, мы найдем кое-что гораздо интереснее, чем в крови этого бедного келпи!

— Разумеется, делай то, что считаешь нужным, — кивнул Илья. — Но только после того, как отдохнешь! Твоя Фиалка права как всегда. Впрочем, и мне пора домой, Накки наверняка места себе не находит.

— Да, нелегкое дело быть женатым на нечистой деве! — улыбнулся Юхани. — Но знаешь, в Другом Лесу Фиалка совсем преображается! Видел бы ты, как она убаюкивает души, — чисто как мать, которой так и не стала.