Книга Смеющаяся Река, страница 46 – Людмила Семенова

— О чем вы, Тревор? Что вы недосмотрели? — нахмурился Илья, вглядевшись в парня. И убедился, что на сей раз тот не лукавил: в его глазах действительно метался ужас.

— Отсюда вышел ребенок, — стал объяснять Тревор, — а Шихан… это он его выманил и позвал в воду… Простите! Я только на секунду отвернулся, а потом смотрю, Шихана уже и нет рядом! Ну вы же знаете, какие они неуловимые, эти твари…

— Ребенок? — изумилась Галина. — Это Гришка, что ли? Да он никогда отсюда не выходит!

Но Илья, не слушая женщину, быстро вышел за порог. Тревор, которого уже била нервная дрожь, кое-как последовал за ним, а Галина, охая и стеная, кинулась разыскивать внука в каморке.

Однако ребенок действительно был снаружи. Он сидел на спине огромного черного коня с белым пятном на лбу и горящими перламутровыми глазами, держался за его разметавшуюся смоляную гриву и смеялся — так отрывисто и неуверенно, будто давно забыл, как это делается. Конь кружился в воде, подпрыгивал, вставал на дыбы, а мальчик лишь восторженно замирал. И когда студеная вода плескала ему в лицо, вновь заливался смехом, от которого вздрагивала бабка и благоговейно улыбались другие женщины, оставшиеся на платформе.

— Господи, что же это? — пролепетала Галина. — Что вы стоите? Вытащите же его! У ребенка нервный срыв будет!

— Лошадка! Лошадка! — вдруг закричал Гриша, и бабка невольно зажмурилась. Конь тем временем принялся скакать по водной глади, и струйки зеленого пота стекали с его боков вперемешку с речной водой. Именно в этом клейком поту жертвы келпи обычно увязали, как насекомые в капле янтаря, но сейчас он лишь помогал мальчику крепче держаться на хребте коня.

— Гришка! — отчаянно крикнула Галина, уже готовая лезть за внуком в воду, и Илья неохотно остановил келпи. Тот аккуратно подплыл к платформе, и колдун снял с его спины ребенка, моментально притихшего и съежившегося. Радость, только что светившаяся на бледном детском лице, сменилась страхом, когда бабкины руки коснулись мальчика.

— Ну что вы наделали! — выкрикнула женщина. — Вся одежда мокрая, когда я теперь ее высушу? Да еще успокаивать его надо! А кто лечить будет, если он простынет? Все, Илья, уезжай, а про Сереженьку думать забудь: я своего согласия никогда не дам!

— Будто кто-то спросит! — горестно усмехнулся Ян, но Галина успела захлопнуть дверь. Илья безмолвно подал знак келпи, и тот растаял в воздухе перед застывшими в изумлении женщинами.

— Мы потом заберем его, подальше от деревни, — пояснил он Тревору. — А люди ни о чем допытываться не станут: я об этом позабочусь.

— Даже если видели, как он обратился? — недоверчиво отозвался кельт.

— Ну, в другой раз я бы строго с вас спросил за халатность, — признался Илья, складывая контейнеры из-под рыбы, — но сейчас меня больше тревожат другие вопросы. В конце концов ведь ничего страшного не произошло. Вот только… Мне послышалось или вы действительно назвали Шихана «тварью»?

— Я же боялся, что он сожрет ребенка! — проворчал Тревор, но никто не откликнулся, и он сконфуженно молчал до тех пор, пока они не отчалили от деревни. Вскоре Шихан уже в антропоморфном обличье нагнал их и ухватился за борт катера, а Илья с Яном помогли ему взобраться на палубу и одеться. Келпи уселся у ног колдуна и уставился куда-то в пустоту, не замечая, как с его темной гривы текли ручейки воды.