Книга Бедовый месяц, страница 55 – Марина Ефиминюк

— Какие обиды? – У меня вырвался во всех отношениях недостойный великосветского скандала смешок. – Я оскорблена до глубины души. Вы терпели почти полгода, но устроили непотребный бедлам во время нашего медового месяца?

— Бедлам?! – охнула тетка. – Милочка, ты выражаешься, как уличная торговка.

— Мадам, если бы я выражалась, как уличная торговка, боюсь, вам пришлось бы достать банку с нюхательной солью, – сорвалась я.

— Тереза, – вымолвил Филипп, разом усмирив нас обеих: и меня и свою тетку, – отворотные зелья срабатывают только с любовниками.

Я густо покраснела и действительно прикусила язык.

Знай адская тетушка, чем мы занимались на постоялом дворе, не торопилась бы с неприятными сюрпризами. Похоже, та метель и отсутствие шелковых простыней в дешевой ночлежке были ниспосланы мне святыми угодниками. Иначе бы сейчас я не с мадам огрызалась, а подписывала документы о разводе.

— Марджери, я рассчитывал, что ты станешь Терезе наставницей. И теперь ей решать, останутся двери нашего дома для тебя открытыми или нет. Мое доверие ты утеряла, но я соглашусь со своей супругой.

Ничего себе поворот! Хочешь серпентарий в гостиной? Ни в чем себе, дорогая, не отказывай. Заводи!

— Будь добра, сделай так, чтобы мы не догадывались о твоем присутствии в Сиале, – вымолвил он. – Желаю хорошего отдыха.

— Пойду. – Она аккуратно пристроила салфетку на стол и поднялась. – От разговоров разболелась голова.

— Возьмите средство от мигрени, – не удержалась я и любезно указала на флакон с афродизиаком. – Прекрасно помогает.

— Предпочитаю снадобья от нашего семейного лекаря, – к огромному сожалению, отказалась Марджери.

Из номера она вышла в гробовом молчании, идеально ровно держа спину и воздержавшись от презрительных взглядов. Королева в изгнании!

Я боялась посмотреть на мужа. В ушах звенело. Стало очевидным, отчего перед Филиппом Торном тряслись окружающие. Когда он внезапно нападает и говорит ледяным голосом, словно режет на тонюсенькие ленточки, хочется покаяться даже в том, чего никогда не совершала.

— Леди Торн?

— Да! – От напряжения я едва не подпрыгнула на стуле.

— Какие у вас на сегодня планы? – шутливо спросил он.

Постараться не довести себя до нервного срыва, а мужа до развода? Отличный, по-моему, план.

— Никаких.

— Прогуляйтесь со мной, – попросил Филипп и вдруг добавил с неожиданной иронией: – Вы абсолютно правы, моя дорогая супруга.

— В чем? – насторожилась я.

— У нас не было ни одного нормального свидания.

У нас с Филиппом в принципе не было ничего нормального ни до свадьбы, ни за целых три дня, проведенных в браке. И вдвоем мы прогуливались только один раз: душным полднем в цветущем саду мадам свахи после знакомства в ее же гостиной, где от переизбытка вычурного золота рябило в глазах.

Мы с Клементиной приехали раньше назначенного времени – междугородние дилижансы не делают скидок на пунктуальность пассажиров и прибывают на вокзал как придется. Пока ждали Филиппа, оказавшегося точнее часов на городской площади, я успела издергаться и толком не запомнила, о чем мы с ним беседовали, прохаживаясь вокруг маленького садового фонтана.

Помню, что фонтан звонко булькал, вокруг жужжали шмели и стрекозы. Я отвечала невпопад на самые простые вопросы и выглядела не прелестной дурочкой, а непроходимой тупицей.