Книга Бедовый месяц, страница 144 – Марина Ефиминюк

— А я знала, что не надо их оставлять… – обиженно пробубнила Лидия себе под нос, понуро труся за резкой, как сигнальный гудок, мадам.

Из терм мы вышли глубоко разочарованными: с тремя парами сандалий и штрафом за потерянные во время преображения халаты. В этот раз красота, требующая жертв, почему-то взяла жертву кронами.

После мытья и поспешной магической сушки на голове у меня торчало воронье гнездо. Было очевидным, что своими силами привести в порядок волосы не удастся.

— Мы идем к мастеру причесок, – скомандовала Марджери. – В «Сиале» служит настоящий волшебник!

К волшебнику после ритуальных терм не хотелось. По-моему, красота просто не стоила таких растрат. Но Лидия развела руками, дескать, не справлюсь. Думаю, она хотела угодить неожиданно приобретенной наставнице, умеющей неуемной энергией подавить любое податливое существо. Так я оказалась в кресле мастера причесок.

Под одобрительным взглядом Марджери и чуточку сочувствующим, но неискренне, – Лидии, во мне снова начали пробуждать богиню. Через некоторое время я решилась посмотреть на себя в зеркало. Одна половина головы радовала удивительной гладкостью и абсолютно прямыми прядями, а с другой по-прежнему дыбились мелкие непослушные кудри. Внутренняя богиня явно находилась в паршивом настроении. Смотреть на нее страшно!

К тому времени, как все волосы превратились в шелковистый блестящий водопад, глаза подвели кокетливыми стрелочками, а ресницы приобрели угольный цвет и неожиданную длину, я безнадежно опаздывала. Наскоро попрощавшись с тетушками, бросилась в номер и с удивлением обнаружила, что комнаты пусты. Филиппа в апартаментах не было.

Внутри шевельнулась глухая тревога. Я аккуратно пристроила плащ на спинку дивана и отправилась в ресторацию. Проверять каждый кабинет, спрятанный от многочисленных посетителей за раздвижными дверями, было глупо.

— Господин Торн меня ждет, – не дрогнув, соврала подавальщику, и меня проводили к нужной комнате.

Дверь отъехала совершенно беззвучно. Филипп сидел за столом. Миранда Фарней в облегающем алом платье стояла рядом и, изогнувшись в пояснице, прижималась губами к его губам…

Ярость ослепила. Я сама не поняла, как резко сжала кулак. Разгневанная магия, искрясь облаком золотистых блесток, в мгновение ока свернула длинные темные волосы любовницы жгутом и с силой отдернула от моего мужа. Миранда отлетела на пару шагов.

— Филипп, ты не в себе? – взвизгнула она, схватившись за голову.

Тот резко обернулся, обнаружил замершую в дверях супругу и поменялся в лице. Однако на физиономии отразилась вовсе не обескураженность и даже не сожаление, а чистый взаправдашний гнев. Полагаю, моему драгоценному супругу никто и никогда не устраивал сцен на людях. Хотелось еще потрепать соперницу, но чары уже растаяли, блестки осыпались. Меня затрясло.

Филипп словно догадался о моем справедливом желании добыть скальп его любовницы и потом как охотничий трофей привесить над камином рядом с оленьими рогами или вообще на них. Сжав локоть, он вытеснил меня из обеденного кабинета, и я не успела насладиться местью.

За нашими спинами, отрезая истерящую женщину от зрительного зала, сами собой съехались дверные створки. Не понимаю, почему она пыталась распутать волосы, словно те были главным богатством, а не подняться на ноги. Может, высоченные каблуки мешали?