Книга День правды и лжи, страница 186 – Мари Вудс

— Когда ты там был? — изумляюсь я.

— После того, как узнал адреса.

— Ого. Ну и что там?

— Ничего. Поле. Или скорее пустырь.

— Знаешь, я начинаю приходить к выводу, что это — удача: иметь такого Доманта.

— Тогда, может быть, я заслужил вознаграждение? — медленно произносит Сайлас. Тон совсем немного отдаёт сарказмом. Голос глубже, чем обычно — более чувственный. Чтобы у меня не осталось сомнений, какого рода награду он хочет.

В ответ я фыркаю и смеюсь. Ну и наглец! Но тепло его взгляда продолжает удерживать меня. Серые глаза так и шепчут: ты уверена, что хочешь отказаться?

Нет, не уверена. Наоборот — я уверена, что он превзойдёт все мои ожидания, если я ему это позволю. Мы погружаемся в тягучую тишину. Она напряжённая. Заряженная. Сексуальное напряжение в машине словно пальцами водит по моей коже. Спускается вниз по шее, ныряет в ложбинку груди под платьем, опускается к чулкам…

Я знаю точно, что хочу почувствовать его пальцы на своём теле, его губы. Жар в его взгляде усиливается — я понимаю, что сегодня он не тот, кто себя контролирует.

— Дай мне время. Я не готова ещё, — шепчу я, облизывая пересохшие губы.

— М-м-м, это уже немножко похоже на «да»! — копирует меня Сайлас и запускает движок. И мы несёмся вдаль, через мосты и магистрали, вдаль — в нормальную, наверное, жизнь, потому что дорога кажется мне совсем незнакомой.

Моя реакция его не злит — он не считает это отказом. Ожидание только усиливает его желание.

А моё?

Почему я раз за разом отвергаю его призыв? Не хочу, чтобы ему было больно, если я не вернусь? Или… когда я не вернусь?

Сайлас дотрагивается до дисплея на консоли. Динамики взрываются кристально чистым звуком. Акустика тут просто сумасшедшая — эффект присутствия. Я буквально слышу, как нажимаются клавиши на пианино. Это инструментальная версия моей любимой композиции.

— Торио тебе сказал?

— Угу, — ухмыляется Сайлас, немного приглушая звук. — Можешь подпевать!

Ну ладно, мистер «я-знаю-чего-ты-хочешь-детка», я и правда обожаю эту песню. Что ты делаешь? Подкармливаешь меня простыми удовольствиями, от которых я не откажусь? Выкладываешь дорожку из хлебных крошек? По которой я смогу добраться прямиком тебе в зубы? А ты уверен, что знаешь, у кого в этой сказке есть клыки?

Сайлас второй раз паркуется прямо напротив кофейни. Буквы CD на его номере дают ему право парковаться где угодно. Почему мне за пять лет ни разу не пришло в голову поставить на свой Порше дипломатические номера?

Петь в машине, пить кофе посреди зимы, приправленной тихими аккордами любимой музыки — это идеальная терапия. Я чувствую, как рождаюсь заново.

— Ну, так что не так со славой и властью? — спрашивает Сайлас, возвращаясь в машину и вручая мне стаканчик с кофе. Глаза его лукаво поблёскивают.

— О, я такого не говорила! — хмыкаю я, отпиваю глоток кофе, и его насыщенный вкус встряхивает меня. — Этот мир и дня не продержится без того или другого. Просто я их не люблю.

— А причина есть?

— Слава мне вообще не к чему, — пожимаю я плечами. — Я стараюсь всё делать незаметно и нигде не светиться.

— Любишь действовать в темноте, как ниндзя? — Сайлас насмешливо поднимает бровь. — Или как женщина-кошка?

— Ты что, читаешь комиксы? Или смотришь супергеройские фильмы?

— Шеран смотрит, — смеётся Сайлас, а потом добавляет уже серьёзнее: — Про женщину в облегающем чёрном костюме — независимую, опасно привлекательную, со сложными и противоречивыми моральными принципами.