Книга Большая Ягодка для Генерала, страница 15 – Ольга Дашкова

— Иван Миронович.

— Раиса Захаровна, – так же не глядя.

Пауза.

— Что вы копаете?

— Пруд.

Повисла долгая тишина, я воткнул лопату в землю и выпрямился. Она стояла у забора – там же, где и всегда, облокотившись на доски, и смотрела на яму с выражением человека, который ожидал чего угодно, но не этого.

— Пруд, – повторила она.

— Пруд. Три на четыре. Запущу карпов, посажу кувшинки. Нормальное хозяйство.

Она молчала секунд десять. Это был рекорд.

— А зачем вам пруд? – спросила она наконец. – Вы же не гусь. И за забором есть природный.

— Гуси ходят к воде, – сказал я. – Если вода будет с этой стороны забора, маршрут изменится.

Она смотрела на меня, я смотрел на нее. Где-то за спиной Раисы гоготнул гусь, явно одобряя мою затею.

— Вы, – медленно произнесла она, – копаете пруд. Чтобы переманить моих гусей?

— Я создаю альтернативную точку водопоя на своей территории.

— Это называется переманить.

— Это называется решить проблему.

Она помолчала еще немного. На ее лице боролись несколько выражений – примерно так же, как у человека, которому только что сделали неожиданный шах и который еще не решил, восхищаться ему или возмущаться.

— А баба Клава, – сказала она, – яму видела?

— Заходила.

— И что?

— Ушла. Перекрестилась.

Раиса Захаровна прикусила губу. Это была попытка не рассмеяться, я уже научился это распознавать.

— Она решила, что вы...

— По всей видимости.

— Понятно, почему убежала, – сказала она и все-таки улыбнулась – коротко, против воли.

Я взял лопату и продолжил работу. Надо было выровнять угол.

— Иван Миронович, – сказала она после паузы.

— Слушаю.

— Мои гуси не пойдут в ваш пруд.

— Посмотрим.

— Они консерваторы. Антон вообще не признает перемен.

— Карпы их заинтересуют.

— Карпы их заинтересуют как обед, а не как достопримечательность. Вы потеряете карпов.

Я остановился. Эта мысль мне в голову не приходила. Она наблюдала за мной с видом шахматиста, который только что сделал неочевидный ход.

— Сетка, – сказал я после паузы.

— Что?

— Натяну сетку. Мелкоячеистую. Карпы будут в безопасности.

— А гуси – ограничены в передвижениях.

— Именно.

— Вы это серьезно? – она посмотрела на меня. – Вы ради гусей копаете пруд, покупаете карпов и натягиваете сетку?

— Я нахожу системное решение.

— Большинство людей просто помирились бы с соседкой.

— Большинство людей – это не я.

Она открыла рот, закрыла. Потом сказала:

— Иван Миронович. Идемте пить чай.

— Что? – поднял голову.

— Чай. У меня пироги – с капустой и с яблоками. Я утром пекла.

Я смотрел на женщину, она смотрела на меня. В ее глазах не было насмешки, только ровный, спокойный взгляд и сложенные на заборе руки. Вот этого я и боялся. Когда она не спорила, это было подозрительно. Когда она звала на чай с пирогами, это было очень подозрительно.

— Зачем? – спросил прямо.

— Что – зачем?

— Зачем вы меня зовете?

Она помолчала секунду.

— Потому что человек роет пруд в тридцатиградусную жару, а баба Клава, пока я от нее отделалась, успела обежать полдеревни с плохими новостями. Я хочу, чтобы вы были живы, когда придет фельдшер с тонометром.

— Я в полном порядке.

— Тогда все в порядке, – она пожала плечами. – У меня вкусные пироги. Или вы на диете?

Я воткнул лопату в землю. Это была ловушка, я чувствовал. Тридцать лет оперативной работы научили меня: если противник внезапно начинает переговоры и предлагает угощение, жди второго хода.