Книга Глубже моря любви, страница 3 – Макс Линн

— Барба Иван, а вы где сейчас?

— Я в Новале, в клинике. У меня поднялось давление и медсестра вот тут дала лекарство. Чуть посижу и поеду домой к Томице. Мне надо заканчивать, она хочет снова измерить...

— Дайте трубку медсестре! — поспешила я попросить его, пока он не отключил телефон.

После недолгого разговора с понявшей меня, без лишних объяснений женщиной, я поторопилась к лифту и поднялась на три этажа выше, в кардиологию, категорически отвергнув сопровождение от Али и Резы.

— Мы обязаны... - начал один из бодигардов.

— Плиз нахер, парни! А то выскажусь покрепче. — заходя в кабину и нажимая нужный этаж, рявкнула я.

— Мишка? Ты разве не из Ирана мне звонила? Ничего не понимаю, как ты здесь оказалась? — не столько удивленно, сколько возмущенно спросил отец Томи.

Я не удержалась и подойдя к нему, сидящему на кушетке, обняла. В глазах, сейчас ничего не видящих, застряли пеленой слезы. Еле сдерживая всхлипы, попросила старика:

— Тата, не волнуйтесь! Мы поедем сейчас на лифте в хирургию и там поговорим. Только спокойно. Главное, постарайтесь не переживать.

— Как не переживать? Тихана скончалась от инфаркта, не приходя в себя. Даже попрощаться не смог с ней. Столько не успел сказать...

— Мы спустимся на другой этаж. К Томичке. Но сейчас он спит. Его жизни ничто не угрожает.

— О чем ты? Говори дальше! Я сегодня со всеми вами или ума лишусь, или сдохну.

Я подвела бывшего свекра к дверям реанимации и заглянув, подозвала дежурную медсестру.

— Здесь отец господина Зубича. Можно нам вместе его увидеть?

— Только через стекло палаты! Пациент в коме. Пройдите за мной.

— В какой такой коме? — вскрикнул барба Иван.

— Тише, нашего Томи прооперировали срочно. Но с ним все хорошо. Его хирург с уверенностью говорил. — приобняв за плечи, постаралась я быстрее успокоить старика.

— Что за день сегодня? Бог решил обрушить небо на мою голову и забрать самых близких? В конце концов, когда я дождусь от тебя вразумительного объяснения, почему ты здесь? Как узнала о Томице?

Я только вздохнула, даже не собираясь сообщать подробности, а особенно, о ехавшем на помощь к Томиславу Дражене, что попал в аварию и также, как его друг, борется теперь со смертью...

Некоторое время я и ссутулившийся от горя старик стояли у большого окна в реанимационном боксе и смотрели на подключенного к аппаратуре и к капельнице Томиславу...

— У палаты вам сегодня ночью не стоит оставаться! Больной пока в коме. Но если ваш сын придет в себя, мы сообщим по оставленному номеру телефона. — объяснила нам дежурная врач уже поздним вечером.

— Мы отвезем вас домой, барба Иван. А завтра снова сюда — к сыну.

Будто постаревший за несколько часов на много лет мой свекор лишь согласно кивнул головой.

— Мне с утра с Надицей надо поговорить и много успеть сделать! Похороны для Тиханы готовить... Кто эти мужчины, что им от тебя надо? Ни на шаг не отстают. — спросил меня, прервав свои рассуждения, барба Иван, когда мы все втиснулись в больничный лифт между этажами.

— Это... - я не успела найти правильные слова, потому что между этажами кабина снова остановилась и в раздвинувшуюся дверь к нам шагнули старший Божо и младший Лука Кнезовичи.

— Господи, спаси и дай всем остаться живыми! — прошептала я, подняв глаза вверх, но уткнулась взглядом лишь в потолок лифта.