Книга Любить меня - плохая идея, страница 30 – Чарли Ви, Саша Яр

Я стою, сжимая челюсти до боли.

Меня бесит, что она такая слепая. Бесит, что Сол так легко дёргает за ниточки. Но больше всего бесит то самое глупое обещание, которое я дала ей тогда, в школе: «я у тебя в долгу, проси что хочешь». И вот она попросила.

— Хорошо, — выплёвываю я это слово, как ругательство. — Мы пойдём туда.

Марина взвизгивает и бросается мне на шею, но я жёстко выставляю руки вперёд, останавливая её.

— Но у меня условия. Первое: если этот больной манипулятор хоть пальцем ко мне притронется или начнёт свои издёвки — я разворачиваюсь и ухожу. И ты меня не останавливаешь.

— Поняла! — радостно, как болванчик, кивает Марина.

— И второе, — я нехорошо прищуриваюсь, чувствуя, как внутри закипает адреналин от предстоящей битвы. — Перед тем как уйти, хлопнув дверью, я выскажу всё, что думаю, и Солу, и твоему ненаглядному Дэну. Насчёт их грязных методов манипуляции и раздутого эго.

Марина судорожно сглатывает, понимая, что я не шучу, но отступать ей некуда.

— Хорошо. Хорошо. Договорились, Вик. Только пойдём!

— Во сколько эта чёртова репетиция? — хмуро спрашиваю я, проверяя время на телефоне.

— Да они уже там! — Марина суетливо заглядывает в свой экран. — Дэн пишет, что они уже настраиваются. Если прямо сейчас вызовем такси, как раз приедем!

Я обречённо вздыхаю. Никакой передышки. Никакой возможности поехать домой, выдохнуть или хотя бы морально подготовиться.

— Вызывай, — бросаю я сквозь зубы.

Пока мы едем в такси, Марина нервно поправляет причёску, смотрится в пудреницу и то и дело поправляет глубокий вырез кофточки. Я же сверлю взглядом пролетающие мимо улицы, мысленно подбирая слова пожёстче.

Студия находится в полуподвальном помещении старого здания бывшей фабрики. Тяжёлая металлическая дверь, сплошь заклеенная стикерами и афишами, нехотя поддаётся.

Стоит нам переступить порог, как в уши бьёт плотный, вибрирующий звук настраиваемой бас-гитары.

Внутри пахнет сигаретами и немного кофе. Помещение просторное, с хорошей звукоизоляцией, стены обиты специальным акустическим поролоном. Везде тянутся провода, громоздятся колонки и чехлы.

Парни уже на местах. Дэн с гитарой наперевес что-то увлечённо обсуждает с братом. За ударной установкой возится Стас. Бах сидит на усилителе со своей скрипкой на коленях, спокойно глядя в телефон.

А в самом центре, у микрофонной стойки, стоит он.

Макс.

В чёрной футболке, небрежно накинутой рубашке, с гитарой на ремне. Он оборачивается на звук открывшейся двери.

Его взгляд мгновенно находит меня. На долю секунды в этих тёмных глазах вспыхивает торжество.

Хищное удовлетворение охотника, чья дичь сама пришла прямо в расставленный капкан.

Губы Сола медленно растягиваются в самодовольной ухмылке.

А Дэн машет Марине рукой:

— Девчонки! Добрались! А мы уже думали, вы струсили.

Марина смущённо хихикает и делает шаг вперёд, но я жёстко перехватываю её за локоть, заставляя остановиться.

Я делаю глубокий вдох, чувствуя, как адреналин окончательно сжигает остатки сомнений.

Выхожу вперёд, прямо под перекрёстные взгляды всей группы, и смотрю в упор на их неформального лидера.

— Мы не струсили, — мой голос звучит непривычно громко и резко, перекрывая гул аппаратуры. — Мы пришли, чтобы я могла сказать вам обоим в лицо: вы — два жалких, напыщенных манипулятора.