Книга Убийство в ирландской деревушке, страница 39 – Карлин О’Коннор

Шейла повернулась лицом к Шивон, едва ли не задыхаясь. Девушке стало не по себе. Возможно, впервые на Шейле не было ни грамма макияжа: ни туши, ни румян, ни черной подводки, ни помады, ни тона, даже никакого крема против темных кругов под глазами. Выглядела она неважно. Между пальцами была зажата сигарета. Даже накладные розовые ногти были сняты, обнажая родные ногти, короткие и покусанные. Последнее не удивило Шивон.

— Ты в порядке? – спросила она. Ничего лучше в голову не пришло.

— В полном, да. Почему бы нет, у нас же убийца по городу бегает. – Голос Шейлы повысился и задрожал.

Сигаретный дым поднимался к потолку и придавал воздуху кислый запах. У Шейлы был вид абсолютно безумной женщины, и Шивон тут же захотелось сбежать. Она перевела взгляд на забаррикадированную дверь и закрытые окна:

— Ты заперлась?

— Как и все, – сказала Шейла. – Ну, из уважения. – Шивон бросила взгляд на стул, придерживающий дверь. – Мы жутко перепугались, конечно, но закрылись все равно из уважения.

— Да, конечно, – сказала Шивон.

— Хочешь чашечку чая с печеньем?

— Да, пожалуйста.

— Садись, садись.

Шивон повернулась и оглядела салон. Она была в шоке, потому что салон оказался абсолютно чист. Невероятно чист. В воздухе висел запах отбеливателя. Неужели Найла убили здесь и поэтому тут все так сияет чистотой? Шивон решила рассказать об этом Макдаре как можно скорее. Надраенный до блеска пол сильно контрастировал с бледным лицом Шейлы, ее покусанными ногтями и дырявым халатом.

Шивон огляделась. Сесть в клиентское кресло у зеркала? Других вариантов не было. Шивон присела на край одного из стульев, а Шейла развернулась и занялась чайником. В салоне была лишь небольшая столешница для чая и угощения гостей. Настоящая кухня располагалась на втором этаже, где жили Шейла с Пио.

Женщина затушила сигарету и занялась чаем, и Шивон тут же почувствовала облегчение. Что бы в мире ни происходило, чашечка чая всегда делала жизнь чуть лучше.

— С молоком и сахаром? – спросила Шейла.

— Да, спасибо. Капельку и щепотку.

Дзынь ложечки о чашку и приятно тяжелая тарелочка, которую Шейла ей протянула, заставили Шивон выдохнуть с облегчением. На улице забарабанил дождь, словно млекие камушки падали с неба на крышу и оттуда отскакивали на землю.

Шивон тут же вспомнила про их задний двор. Вдруг дождь смоет остатки улик? Вдруг гарды что-то пропустили? Она обхватила чашку обеими руками и тут же почувствовала приятное тепло, разливающееся по всему телу. Шейла тоже взяла чашку и прислонилась к одной из раковин; несколько секунд они молча потягивали чай.

— Ну, рассказывай, – потребовала Шейла, как только Шивон немного расслабилась.

Она не знала, что сказать. Она же пришла, чтобы самой задавать вопросы. Но нельзя было дать Шейле завестись. Иногда надо пойти на уступки, чтобы добиться нужного.

— Я встала рано утром, чтобы бегать, – начала Шивон.

— Куда бегать? – Шейла подняла брови, будто впервые слышала о подобном.

— Ну, пробежка, – ответила Шивон. – Спорт. – Шейла только больше нахмурилась. – Когда возвращалась, я заметила, что в твоем салоне горит свет, а дверь открыта нараспашку.

Шейла резко выпрямилась, пролив немного чая на халат:

— Что?

Она запихнула в рот печенье, но жевать не начала – словно пыталась заткнуть протечку. Крошки упали на ее внушительных размеров грудь. Шейла даже не попыталась их стряхнуть.