Онлайн книга «Жаркая зима»
|
Открыл багажник, уложил винтовку и коврик. Проверил — ничего не забыл. Закрыл. Сел за руль. Завел двигатель — с пол-оборота, на морозе заводится нормально. Отопитель загудел — теплым воздухом повеяло от ног, стекло начало оттаивать по краям. Филин посмотрел в зеркало заднего вида. Полигон уменьшался, съеживался до размеров пятна на снегу. Включил передачу, выехал на грунтовку, потом на асфальт. …Кафе «Теремок» на трассе Р 255 стояло там же, где и двенадцать дней назад. Только снега намело больше — крыша белая, козырек над входом обледенел, с крыши свисали сосульки — длинные, прозрачные, они блестели на солнце, переливались. Парковка расчищена — видно, что утром здесь проходил трактор. Стоят три машины: две легковушки — «Лада» и «Ниссан», один грузовик — «Кам-АЗ» с прицепом. У грузовика двигатель работал на холостых — из выхлопной трубы валил белый пар, оседал на снегу желтыми пятнами. Внутри людно. Собрались местные жители — человек пятнадцать, может, двадцать. Дальнобойщики в форменных куртках, охотники в камуфляже, владельцы соседних кафе и магазинов. На стене — плакат, распечатанный на цветном принтере: «Спасибо за мужество!» — буквы синие, на белом фоне, с красной звездочкой в углу. Кто-то принес цветы — гвоздики, красные, в белой бумаге. Они стояли в стеклянной банке на подоконнике, рядом с геранью. У стойки — Иван Петрович. Дальнобойщик стоял прямо, в чистой клетчатой рубашке темно-синего цвета. Волосы прилизаны, усы подстрижены. На правой руке — бинт, свежий, белый, поверх старой повязки. Левая рука сжимала кружку с чаем — пальцы побелели от напряжения. Рядом — Михаил. Охотник — в грубом армейском свитере с высоким воротом, вязаном, сером, с потертыми локтями. Ростом ниже, плотнее. Руки в карманах, но видно — пальцы сбиты, в ссадинах, некоторые ногти черные. Он переглядывался с соседями, кивал, улыбался в усы. У окна — Николай. Хозяин кафе — в белом фартуке поверх свитера, в тапочках на босу ногу. Лицо усталое — мешки под глазами, кожа серая, — но довольное. Разливал чай по кружкам — пар поднимался к потолку, конденсировался на холодных стеклах, стекал каплями вниз. Пальцы у Николая дрожали — не от страха, а от напряжения последних дней и бессонных ночей. В дверь вошли трое. Майор в парадной форме — китель с погонами, награды на планке, фуражка с кокардой. Лицо серьезное, официальное, без улыбки. За ним — два солдата с коробкой в руках. Солдаты в шинелях, с автоматами за спиной — АК–74М, черные, стволами вверх. Остановились у входа, замерли по стойке смирно. — Товарищи! — майор повысил голос, перекрывая гул голосов. — Прошу внимания. Все замолчали. Иван Петрович выпрямился, расправил плечи. Михаил вынул руки из карманов, встал ровно. Николай поставил чайник на стол, вытер руки о фартук. Майор достал из коробки грамоты и медали. Белый металл блеснул под лампами дневного света. — Приказом Министерства обороны Российской Федерации, — начал он, читая с листа, держа бумагу на вытянутой руке, — за мужество и отвагу, проявленные при пресечении террористической атаки на объекты военной инфраструктуры, награждаются… Пауза. Тишина в кафе стала полной. — Иван Петрович Тарасов — медалью «За отвагу». Иван Петрович шагнул вперед. Сделал три шага — ровно, чеканя, как на плацу. Остановился перед майором, глядя прямо перед собой. |