Книга Ещё не люди, страница 328 – Михаил Булыух, Михаил Тут

И всё же сравнение с прежней группой никуда не исчезало. Здесь хороший отщеп могли бросить, а в прежней группе его носили с собой. Здесь перед угрозой искали палку, а там приходили уже вооружёнными. Отдельный член нынешней группы мог быть сообразительнее отдельного представителя прежней, но в прежней группе больше полезных приёмов сохранялось и повторялось после первого удачного применения.

Через два года после моего бегства из старой группы мы встретились снова. Старых знакомых я узнал ещё издалека. Узнал старика, нескольких самок, шрам на плече молодого самца. Потом увидел оружие и остановился.

У одного самца было моё старое копьё. Другой нёс два моих дротика. Дерево потемнело, на одном древке появилась новая перевязка, но это были те самые вещи, которые я бросил, спасаясь от них два года назад.

Все взрослые уже держали заострённые палки. У части были камни и отщепы. Мои нынешние сородичи в этот момент только начали вооружаться: кто-то сорвал ветку, кто-то искал камень в траве.

Драка началась раньше, чем я решил, что делать. Убивать бывших товарищей я не хотел. Я слишком хорошо видел, что именно у них полезные навыки чаще сохраняются между поколениями. Но встать рядом с ними не мог. Здесь были мои самки и дети, а там меня могли убить просто потому, что я снова появился среди врагов. Я держался в стороне, оттаскивал молодняк и один раз сбил палкой бывшего товарища, который почти настиг одну из моих самок, но смертельных ударов не наносил.

Бывшие товарищи довольно быстро начали одерживать верх не потому, что каждый из них был сильнее, а потому, что они пришли подготовленными и действовали с оружием, которое не пришлось искать под ногами. Моя нынешняя группа вскоре начала беспорядочно разбегаться.

В суматохе троих их детей утащили с собой. Когда остатки нашей группы снова собрались, живы были только двое. Третьего уже убили и начали есть. Я смотрел на маленькое тело и вспоминал сына из прежней жизни. Того самого, которого у меня отняли и который мог бы стать самым способным существом своей группы, если бы прожил достаточно долго. Воспоминание было слишком точным, чтобы смотреть на двух оставшихся детей спокойно.

Тогда я окончательно решил вернуть двух оставшихся детей. Просто взять обоих и уйти не получилось бы. Они орали каждый раз, когда я пытался отвести их от остальных. Двое детей способны поднять на ноги всю группу, а взрослые легко догнали бы меня, пока я тащил сопротивляющихся пленников.

Тогда я вспомнил плодоносящую лиану, которую видел перед боем. Она росла недалеко от прежнего маршрута. На ветвях висели рыхлые гроздья небольших съедобных плодов. Я срывал кисти целиком и за короткое время собрал большую кучу, после чего использовал на них оставшийся у меня ядовитый состав. Хранить его после этого дня я не собирался.

Грозди я сложил вместе и позвал группу. После драки, бегства и нескольких часов без нормальной еды мои нынешние сородичи набросились на плоды сразу. Взрослые хватали кисти, дети лезли между ними и выдёргивали ягоды руками.

К куче одновременно побежали четверо детей: двое моих и двое похищенных. Я успел схватить похищенных — одного левой рукой, второго правой. Оба орали, кусались, выворачивались и тянулись к еде. Мои дети уже протискивались между взрослыми. Я дёрнулся к ним и остановился: чтобы схватить хотя бы одного, пришлось бы отпустить ребёнка, ради спасения которого я всё это устроил.