Книга Ещё не люди, страница 329 – Михаил Булыух, Михаил Тут

Один из моих сыновей обернулся на шум и посмотрел прямо на меня, сжимая в руке гроздь. Я рванулся ещё раз, но ребёнок под правой рукой почти выскользнул и побежал бы обратно к куче. Пришлось перехватить его обеими пальцами за предплечье и снова прижать к боку. Мой сын тем временем засунул в рот сразу несколько плодов.

Первые взрослые начали слабеть через несколько минут. Один сел, перестав жевать, затем лёг на бок. Самка рядом попыталась подняться и не смогла. Мои дети потерялись среди ног и тел, и я уже не видел, сколько они успели съесть. Через несколько минут крики сменились беспорядочным движением ослабевших взрослых. Никто больше не следил за мной, а два похищенных ребёнка всё ещё пытались вырваться.

Я ушёл с ними, не имея возможности вернуться к своим детям, пока группа оставалась возле отравленной еды. Оба сопротивлялись почти всю дорогу. Я менял хват, тащил одного на боку, второго за руку, потом снова обоих прижимал к себе, когда они пытались разбежаться. Их крики наверняка слышали далеко, но моя прежняя группа за нами не появилась.

Стоянку прежней группы я нашёл ближе к вечеру. Они заметили нас почти одновременно. Дети закричали ещё громче и рванулись вперёд. Я втащил обоих на открытое место, пытаясь не выпустить раньше времени. Первый камень я даже не увидел: удар пришёлся в лицо. Челюсть хрустнула, рот сразу наполнился кровью и обломками зубов. Я упал на колени, но ещё видел, как оба ребёнка вырвались и побежали к своим.

Второй камень ударил в голову. За столько смертей я научился отличать потерю сознания от конца жизни. Здесь ошибки не было: я умер.

Научный комментарий

Ньяянга находится на полуострове Хома в западной Кении, у современного залива Винам озера Виктория. Археологическая последовательность памятника охватывает приблизительно 3,04–2,58 млн лет назад; один из наиболее известных горизонтов относится примерно к 2,9 млн лет. Исследования показывают, что местная среда представляла собой сочетание травянистых и более древесных участков в мезической саванне, связанное с древним водотоком и источником пресной воды. На памятнике найдены останки бегемотов и других животных, а на костях зафиксированы следы обработки каменными орудиями. В общей фауне Ньяянги и полуострова Хома представлены бегемоты, полорогие, древние лошади, обезьяны, хоботные и крупные крокодилы; такое сочетание соответствует водоёмам, пойменным участкам, кустарникам и открытой растительности.

Позднеплиоценовая летопись гоминин Восточной Африки между 3 и 2,5 млн лет назад остаётся фрагментарной. В Ньяянге непосредственно подтверждён Paranthropus sp. Самые ранние общепринятые остатки Homo из Леди-Герару в Эфиопии датируются примерно 2,80–2,75 млн лет назад. Самые поздние хорошо датированные остатки Australopithecus afarensis относятся примерно к 3,0 млн лет назад. Эти даты показывают, насколько близко во времени существовали разные линии, хотя одновременное присутствие всех трёх непосредственно в Ньяянге ископаемыми остатками не доказано.

Каменный комплекс Ньяянги относится к раннему Олдуваю. В нём присутствуют ядрища, отщепы, изделия со следами ударного использования и свидетельства обработки как животных, так и растительных ресурсов. Особенно важны новые исследования сырья: значительная часть прочных камней, использованных для орудий, не встречалась непосредственно возле памятника. Кварцит, риолит и некоторые другие подходящие породы приносили с расстояний свыше десяти километров; для части кварцита ближайшие известные источники находятся примерно в тринадцати километрах. Это означает, что изготовители орудий знали распределение качественного сырья на большой территории, выбирали его и переносили туда, где собирались использовать. Сам таксон изготовителей пока установить невозможно.