Книга Чужое лицо, страница 8 – Михаил Тут

Ждан появился следом. Тоже с рогатиной, но без дубины. Лук у него был короче Буряева, тёмный, потёртый у рукояти. Колчан выглядел почти пустым, пока он не повернулся боком: стрел там хватало, только большинство какие-то странные. Я присмотрелся, у многих стрел вместо нормального наконечника был привязан гладкий камень или обточенная костяная болванка.

— Птицу бить, — сказал Ждан, заметив мой взгляд. — Или белку. Железом по мелочи — только шкуру портить. Да и потерять можно.

Буряй вытащил из колчана одну стрелу и показал.

— Железные дорогие. У меня вот две настоящие есть. У него тоже две. Остальное — чтоб не жалко на мелочь было.

— Понятно и разумно, - одобрил я.

Молчан стоял у ворот, рядом с ним толпились мужики, женщины, мальчишки, старики. Мне показалось – вся деревня полным составом.

— У старого ельника шатун ходит, — сказал Молчан. — Два дня назад корову задрал у дальнего заимка. Зверь голодный, дурной. В берлогу не лёг, значит, от зимы у него в голове уже все смешалось.

— Ну, мы не в ту сторону идем, - сказал Ждан. - Пусть там и ходит.

Я не стал вступать в беседу. Местные здешнюю географию знали гораздо лучше.

У плетня кто-то мелкий протиснулся между взрослыми. Рыжий вихор, маленькая шапка набок, нос красный от мороза. Ему было лет одиннадцать или двенадцать, не больше. Ещё мелкий, костлявый, в коротком полушубке не по росту, с рукавами, из которых торчали тонкие красные запястья. Помню его – Нечай. Тот самый малец, что вчера окрестил меня Дядей.

Нечай подбежал ко мне и, прежде чем я успел отступить, вцепился в пояс и прижался лбом к моей груди. Я застыл, не ожидая проявления столь теплых чувств. Деревенские засмеялись.

— Спасибо, дядь, — сказал Нечай быстро. — Я вчера Поську через бедро кинул. Он прямо в сугроб улетел! Потом Еношку! Он в навоз не попал, но тоже хорошо получилось!

— Не хвастайся.

— Я не хвастаюсь! Я благодарю.

— Он у тебя нож украл, — тихо сказал Леонтий у моего плеча.

Я опустил взгляд, но резких движений делать не стал. Ну его этот нож, у меня еще есть. А портить отношения с деревней – плохая идея, если хочешь получить от нее лошадь и сани.

Нечай уже отскочил на шаг и смотрел невинно, как щенок возле разбитой миски.

— Иди домой, - сказал я пацану и тот мне улыбнулся широк-прешироко и честно-причестно.

— Я и так дома.

— Тогда иди туда, где тепло. Вон, нос синий уже.

Он хотел ответить, но из толпы вышла женщина с жёстким лицом и схватила его за ворот.

— Куда полез? Опять под ноги? Пошёл отсюда, пока Хавка не увидел.

Нечай сразу сник. Не испугался — сжался привычно, будто удар мог прилететь с любой стороны. Женщина потащила его назад. Он оглянулся на меня и скривился. Я сделал вид, что ничего не заметил.

Мы вышли за околицу, когда солнце ещё только угадывалось за серой пеленой.

Молчан подошел к парням и сказал:

— До схрона дошли, посмотрели, оценили и назад. Не геройствуйте и с собой ничего не тащите, после на санях все вывезем. Если почуете по дороге, что чужак врёт, возвращайтесь без него.

Сначала дорога тянулась между редких полей, занесённых снегом. Потом пошёл перелесок, потом лес сомкнулся плотнее. Саней у нас не было, коня тоже. Деревня не дала, а то вдруг я нарочно это все придумал, парней убью и сани украду. Всё, что мы взяли, лежало на плечах: рогатины, луки, припасы.