Книга Белый асфальт, страница 93 – Анна Князева

Стерхова ощутила, как тяжелеют веки. Она пыталась сопротивляться, цеплялась за реальность – за звуки и шорохи, за треск прогоравших поленьев в печи, за запахи хлеба и трав. Но все, что ее окружало, постепенно превращалось в тягучую темноту.

Анна сделала последний, беспомощный вдох и, как ныряльщик, уходящий на глубину, провалилась в привычное забытье.

Скрипнула дверь, послышались тяжелые мужские шаги. Сдвинулась занавеска и в проеме появилась парящая табуретка. Анна приподнялась на локте. Табуретка тихо опустилась рядом с кроватью и на нее сел мужчина.

Стерхова мгновенно узнала его: это был Холофидин.

Он оглядел ее, затем осторожно спросил:

— Откуда вы меня знаете?

Анна опустилась на подушку и на мгновение задержала дыхание, затем чуть слышно ответила:

— Видела вашу фотографию…

— Кто вы такая?

— Моя фамилия Стерхова, – сказала она тихо и устало. – Я следователь. Расследую дело об убийстве ваших друзей на Совиной Плахе. Знаете, что они убиты?

Холофидин отвел глаза и сжал пальцы в кулаки.

— Мне рассказали. Дело не прикрыли? – в его голосе слышалась горечь и беспокойство.

— Ради этого я приехала из Москвы.

— Вот оно как… – он замолчал, и потом спросил: – Что с вами случилось?

Почувствовав, что наступает дурнота, Стерхова подавила ее усилием воли.

— Меня пытались убить. Уронили на вертолете.

— Лучше бы вам не приезжать. – Холофидин покачал головой. – Что вы успели раскопать?

— Знаю, что вы ни при чем. – сказала Анна, пытаясь уловить его реакцию.

Холофидин расслабился, но в его глазах еще читалась тревога.

— Что еще?

— Вас заказал Крамов, а убивал Сизов.

— Ого! – Холофидин резко выпрямил спину и хлопнул себя по коленям, явно пораженный услышанным. – Неужели докопались? На это я никак не рассчитывал.

— Вы сбежали…

— Если бы не сбежал, Сизов бы меня убил.

Анна твердо посмотрела ему в глаза.

— Сизов мертв. Он застрелился.

Застыв на секунду, Холофидин снова покачал головой, как будто не веря услышанному.

— Вам крупно повезло. Если бы я не поехал в тайгу за сеном, вы бы замерзли.

Она вдруг вспомнила что-то важное и обеспокоенно спросила:

— Где мой снегоход?

— Я перевез его на телеге в деревню.

Стерхова закрыла глаза и с облегчением выдохнула. Потом приподняла голову и посмотрела ему в лицо:

— Меня будут искать! Скажите деревенским, чтобы никому не говорили, что я здесь. Иначе меня убьют.

— Надо же, – Холофидин улыбнулся обреченной, жалкой улыбкой. – Я третий год живу здесь на таком положении – прячусь в деревне староверов. Они никого не выдают, всех страждущих привечают.

Она откинула голову на подушку, чувствуя, как спадает напряжение, оставляя после себя глухую усталость. Теперь они с Холофидиным были в одной лодке. И от того, что есть кто-то, кто понимает ужас ее положения, ей стало чуть легче.

— Как вам удалось сбежать… из Совиной Плахи… – Анне хватило сил всего на несколько слов.

— Когда Сизов явился на зимовье, я сразу сообразил, что к чему, – мрачно ухмыльнулся Холофидин. – Как-то видел его на даче у тестя. Слышал их разговоры. Догадывался, что это тот самый человек, который для него выполняет грязную работу. Ведь Крамов по сути своей – преступник.

— Как вы это поняли?

— Догадался по его повадкам, по рассуждениям. По хватке. Уж если схватит – то не выпустит. Это я на себе испытал. – Он достал из-за пазухи книжку и протянул Стерховой. – Ну, а когда нашел в избушке вот это… Тут и вовсе все понял.