Книга Обещание на крови, страница 93 – Лиз Мистри

Обкорнав ее, мать одной рукой хватает табурет, а другой – тонкую руку девочки. Крепко сжав пальцы на ее запястье, она тащит ее на кухню, попутно проорав в сторону младших детей:

– Вы двое, живо уберите это безобразие, сожгите все в камине, пока мы все не заразились.

Девочка как может старается угнаться за матерью, но у нее слишком тощие и длинные ноги, и, когда мать спотыкается о низкий порожек между крохотной гостиной и маленькой кухней, девочка ударяется головой о притолоку. И все же она лишь испуганно вскрикивает, когда мать усаживает ее на табурет, на сей раз перед раковиной.

– На колени, тварь такая. Встать на колени.

Девочка забирается на табурет, встает на колени на сиденье и наклоняется над раковиной. Она уже слишком высокая для табурета, но ее матери все равно. Начинается дезинсекция. Мать поливает ей голову дурно пахнущим кремом и растирает скальп ногтями, неистово вбивая лосьон в каждый фолликул так, словно хочет проломить дочери череп. Свесив голову над раковиной, девочка терпит, когда ее мать льет ей на голову ковши ледяной воды один за другим, пока дыхание девочки не становится прерывистым. Все это время мать бормочет приглушенные проклятия:

– Мелкая грязная дрянь. Отвратительная сучка.

С обстриженных клочков волос девочки капает вода – на липкий кухонный пол и на изношенный ковер. Мать сдергивает ее с табурета и тащит обратно в гостиную.

– Садись на гребаный табурет, грязное животное, и не смей дергаться. – Дабы получше донести свой приказ, она хватает девочку за руки и как следует ее встряхивает. – Тебе ясно?

Трясущаяся, с горящим скальпом, девочка избегает встречаться взглядом с матерью и старается не вдыхать алкогольную вонь. Ее слишком маленькая, заляпанная и выцветшая майка промокла насквозь, и девочке кажется, что она уже никогда не согреется. Конечно, в семье нет денег на такие мелочи, как одежда, ведь мать пропила все, а единственная еда в доме – несколько банок фасоли, которые девочка припрятала под матрасом. До понедельника им хватит – если мать вообще отпустит их в школу. Девочка скрещивает пальцы и, чтобы мать не видела, как она молится, прячет руки под бедра и просит бога о том, чтобы мать разрешила пойти на занятия. По крайней мере, там тепло, им дадут поесть, и близнецы там будут в безопасности.

Мать ворошит кухонный ящик, что-то пьяно бормочет, ища следующий инструмент пытки. Когда она возвращается, ее взгляд стекленеет еще больше, чем раньше, она хватает дочь за основание шеи своими костлявыми пальцами и наклоняет ее голову вперед настолько, насколько вообще сгибается шея. Понимая, что сейчас будет, девочка крепко зажмуривается, чтобы не заплакать, а мать скребет ей скальп железной зубчатой расческой. Оставшиеся гниды падают на газету на полу, и звук похож на капли дождя, что барабанят по крыше рыбного фургончика мистера Мюррея.

Девочке интересно посмотреть, что за создания стали причиной такой пытки, и она открывает один глаз. Маленькие, грязные, коричневые насекомые ползают по отпечатанным страницам, словно это пришли в движение газетные буквы. Они слишком маленькие, чтобы винить их в своих неприятностях, так что, моргая от боли, которую причиняет ей железная расческа, девочка начинает их мысленно пересчитывать, то и дело останавливаясь, чтобы дать имена самым большим букашкам. Она пошатывается на табурете, и мать бьет ее по голове костяшками пальцев.