Книга (не) плюшевый зайчик для бывшей детдомовки, страница 38 – Ольга Рома

— Моя хорошая… родная… — шептала Аня, зарываясь лицом в мех плаща сестры.

— Мне сказали, что ты тут, и я сразу же примчалась! — Веста всхлипнула, крепче прижимаясь к сестре. — А папа с мамой тоже скоро будут. Вот увидишь! Я всегда знала, что ты найдёшься.

В этот момент со стороны бокового коридора послышались шаги. Вельбор вышел в зал, на ходу поправляя воротник кафтана. Вид у него был помятый, под глазами залегли тени, а на щеке красовалось чернильное пятно — видимо, работал над новыми указами. Он остановился, увидев сестёр, и на его лице промелькнула странная смесь облегчения и неловкости.

— Я вижу, девочка приехала раньше, — негромко произнёс царевич. — Надеюсь, поездка не была утомительной.

Аня подняла голову, всё ещё не выпуская из объятий сестру. Она смотрела на него и боялась, что сейчас он передумает и снова заговорит о свадьбе. Ведь обещанное условие он выполнил.

Но Вельбор молчал.

Зато Веста вдруг высвободилась из рук старшей сестры и подбежала к царевичу.

— Спасибо вам, светлый царевич! — она искренне, прижав ладонь к сердцу, поклонилась, а потом вдруг схватила его за руку. — Спасибо, что нашли её! Что за мной прислали… и за конфеты! Кучер сказал, это вы велели мне передать целую корзинку, чтобы я не волновалась в пути!

Вельбор застыл на месте. На щеках выступил не свойственный ему румянец, он неловко кашлянул и попытался высвободить руку, но девочка держала крепко.

— Да… ну… пустяки, — пробормотал Велик, избегая взгляда Ани. — Конфеты… это ерунда.

Он наконец посмотрел на старшую сестру с тихой, почти смиренной надеждой.

— Пройдите в малый гостиный зал, — он указал рукой в сторону. — Я попрошу подать чаю. Вам наверняка нужно о многом поговорить. Я не буду мешать.

Вельбор коротко кивнул и, развернувшись, быстро пошёл прочь, не оглядываясь.

Позже, сидя в уютной гостиной, Аня слушала восторженную Весту и улыбалась. Она была точно такой лет в четырнадцать. Сестра рассказывала о родителях, о наставниках, своей собаке и обо всём, что ей приходило на ум. Несколько раз восторгалась царской повозкой с мягкими сиденьями и конфетами, парочку которых она сунула девушке. Царевич тоже не сходил с её уст — так она была им впечатлена.

— Его высочество очень хороший! Ума не приложу, как он смог отыскать тебя? — болтала девочка, разглядывая обстановку.

— Я тоже… — на автомате ответила Аня, глядя в намытые слюдяные окна.

За ними медленно кружились крупные хлопья снега. Белолесье больше не казалось ей чужим, непонятным миром. Оно стало местом, где случаются чудеса.

Она вспомнила смущённое лицо царевича, когда Веста его благодарила, и сердце её ускорило ритм. Может, ему ещё ни разу не говорили «спасибо» так искренне, не хвалили за старания… Вспомнила, как он ушёл сегодня дважды и ничего от неё не потребовал.

Девушка больше не рвалась домой. Пустой чай в её крохотной квартирке, одинокие вечера и вечная борьба за выживание казались теперь сном, который исчез вместе с рассветом. Здесь был её дом. Здесь была её семья. И здесь был человек, который за маской надменного эгоиста прятал сердце, способное на тихую и искреннюю заботу.

Ей жизнь подарила второй шанс, и как-то неправильно оставлять под Новый год без аналогичных подарков того, кто в этом очень нуждается.