Книга Цвет любви - рыжий!, страница 58 – Наранга

Она подумала, что сломала его, но быстро поняла, что это не так. В ее ладони лежало крошечное, но совершенное деревце — гибкий стебелек с парой листьев и зачатками воздушных корешков, свешивающихся с нижнего конца.

— Вот чудеса, — прошептала Любава.

Владислав, недолго думая, взял почти опустевший глиняный горшочек и аккуратно обмазал остатками меда корешки ростка. Насыпал туда земли с этого священного, пусть и некогда оскверненного, но теперь очищенного места, и слегка полил водой из фляги.

Алиса, словно хрустальный фужер, заботливо завернула горшочек в мягкую тряпицу и пристроила его в своем рюкзаке, среди вещей. Так чтобы точно уцелел.

— Посадим где-нибудь, — сказала она, ощущая удивительную уверенность. — Где ему понравится.

Тут Любава перешла к делам насущным и рассказала Владиславу о визитере из Залесья и об их тревожных вестях. Лицо мастера помрачнело.

— Значит, оно и там… Помнишь, Лис, мы с тобой видели проявление? Черную слизь на березе? Вот это оно. Надо идти к ним. Срочно. Обратно в деревню не пойдем, только терять время. Отсюда до Залесья рукой подать, день, не больше.

На том и порешили. Любава достала куриное яйцо, сложила ладони лодочкой, поднесла их к губам и начала что-то нашептывать, вдувая воздух. Между ее пальцами пробился свет, и через мгновение оттуда выпорхнула голубка. Она слегка просвечивала на утреннем солнце, отливая перламутром. Птица сделала круг над их головами и стрелой полетела в сторону деревни — понесла весть Трофиму.

— Ну вот и все, — выдохнула Любава. — Можем идти.

Алиса подобрала свой рюкзак. Остальные тоже взяли свои вещи.

Вдруг Любава всплеснула руками:

— Смотрите-ка, деревце-то наше в рост пошло! Вот оно, волшебство мастера и крепкий здоровый корень!

Молодой росток уже отмахал под два метра в высоту и стал в руку толщиной! Так он быстро сравняется со старым Древнем.

Алиса вспомнила. Владислав говорил, что новое дерево будет поглощать остатки старого. Очень разумно — не пропадать же добру. Тем более, что это тот же самый Древняк, раз из того же корня.

Хм. Или не тот же? Вот как понять, когда рассаживаешь отростки от одного корня, это одно и то же растение или нет? Она спросила об этом у Любавы.

— Вот у тебя две руки, это одна рука или разные? — улыбнулась бабушка ей в ответ.

— Ну разные… — не вполне понимая аналогии, вымолвила Алиса.

— А ты ведь при этом одна?

— Ну одна… — все еще не понимала внучка.

— А если бы у каждой руки была своя голова?

И они тронулись в путь. Спуск по ущелью Молчащих Сосен при свете дня оказался не таким уж сложным и совсем не страшным. Утренний туман развеялся, ночные тени отступили, и воздух стал свежее, подул легкий приятный ветерок. Филимон бежал впереди, с энтузиазмом обнюхивая каждый камень.

Так они спустились в Дальний лес. Дорога через него началась с неожиданности: сразу за прекрасным сосняком они влетели в огромное, зловонное болото, где с чавканьем лопались пузыри зеленоватого газа, а из трясины, если в нее вглядеться, смотрели желтые, безразличные глаза.

Любава предупредила внучку, что играть в гляделки с ними не стоит — заморочат, околдуют и утянут к себе. «Если слишком долго смотреть в бездну — она посмотрит на тебе в ответ», — вспомнила Алиса цитату из своей прошлой, городской жизни и, кажется, впервые поняла ее смысл вполне буквально.