Книга Лёд и Сахар, страница 99 – Анна Эйч

— Тебе нравится? – кладу руки на её талию.

— Конечно, но главное, чтобы нравилось вам с Марком.

— Я заказал это всё для тебя, – зарываюсь носом в распущенные волосы.

— Оу… я… – дыхание Сандры становится тяжёлым, когда я сильнее притягиваю её к себе, упираясь нарастающим возбуждением в джинсах. – Меня…

— Я хочу тебя, Сандра!

Срывается с моих губ, потому что все возможные сроки вышли. Я дико её хочу, у меня срывает крышу от желания.

— Боже мой, Соколов, что ты делаешь? – хнычет она и запрокидывает голову на моё плечо.

Люблю тебя. Неужели ты не видишь?

Резко отстраняюсь, подхватываю девушку на руки и направляюсь в спальню.

— Что? Куда ты меня несёшь?

— В свою постель!

— Вот так, мы даже… не знаю… чая не выпьем?

Я тихо смеюсь над её попытками как-то притормозить события, которые неизбежно случатся.

Распахиваю дверь ногой и вношу её в свои владения. Ощущаю себя грёбаным королём мира. Победителем в лотерее и по жизни.

— Ты знаешь, сколько я этого ждал? – Я бросаю Сандру на кровать и стягиваю с себя джемпер.

— И сколько же? – задыхаясь, спрашивает она, немного испуганно наблюдая за тем, как я раздеваюсь.

— Я думаю… – обнажённый до пояса, становлюсь перед ней на колени, – что захотел тебя, – по очереди беру Сандру за ноги и стягиваю казаки, которые делают из неё такую сексуальную ковбойшу, – когда впервые увидел на пороге своей квартиры, – продолжаю, встаю и, опираясь коленями по обе стороны от бёдер, расстёгиваю ремень на джинсах.

У Сандры на лице появляется хитрая улыбка, ей нравится наша игра. Она наблюдает за тем, как я с очевидным стояком нависаю над ней и, словно наездник на лошади, грубо расправляюсь с пряжкой и замком.

— Твои серые глаза должны быть запрещены законом, – заканчиваю я и стягиваю джинсы.

Хихикнув, она откидывается на спину, запрокинув руки вверх, приподнимает попку, облегчая мне задачу.

— Поэтому ты не захотел брать меня на работу? Похотливые желания взяли верх?

Моя девочка включилась в игру. Сандра наконец-то приняла неизбежное и позволила себе расслабиться, показать себя настоящую – дерзкую и острую на язык, не уступающую ни одному моему слову.

Как только она заканчивает фразу, я отбрасываю джинсы, и мои глаза приклеиваются к бордовым полупрозрачным трусикам-танго, не оставляющим места для фантазии.

— Святые угодники!

— Что такое, ковбой?

Сглатываю и, с трудом отведя взгляд от соблазнительного треугольника, хрипло признаюсь:

— Я трахну тебя, – ещё одна попытка прогнать ком в горле, – а потом… мы займёмся любовью, – начинаю расстёгивать свой ремень и избавляться от тесных брюк, – будем заниматься медленным… – отбрасываю одежду, оставаясь в боксерах, – и страстным сексом…

Когда на ней не остаётся ничего, кроме лифчика и трусиков, я освобождаю свой член и натягиваю презерватив.

У Сандры вырывается стон, и вид того, как она сжимает мои простыни, находясь подо мной практически обнажённой, чуть ли не заставляет меня кончить.

— Sokolov, esli ty sejchas zhe ne okazhesh'sya vo mne, ya tebya sama pri…

— Konchish'! – смеюсь я. – Eto ya tebe obeshchayu.

Просовываю ладонь между нашими горячими телами и запускаю пальцы в тёплое, истекающее соками лоно. Мокрая, готовая принять меня, чёрт возьми, только меня! Как же это заводит!

Я отодвигаю трусики и вторгаюсь в тело своим налитым членом. Моя девочка выгибается, демонстрируя миниатюрную красивую грудь. Я стягиваю лифчик и накрываю соски ладонями, отвлекаю на ощущения здесь, пока она привыкает ко мне.