Книга Лёд и Сахар, страница 94 – Анна Эйч

И под пристанищем я не имею в виду даже конкретное место – скорее, это финансовая подушка и правильные знакомства. Сначала мне нужно сделать себя самой, стать полноценной и счастливой в одиночку, чтобы моя следующая привязанность не строилась на чувстве благодарности или синдроме золушки.

— Мне нужно вернуться в Монреаль, – признаюсь я, всматриваясь в его невероятные голубые глаза. – Я должна закончить ввод новогодних десертов в Echo Coffee, я не могу… – Антон наклоняется ещё ближе, и между нашими лицами остаётся всего пара миллиметров. – Не могу подвести Ками, – с трудом заканчиваю предложение, потому что аура Соколова заставляет мои коленки дрожать, а веки слипаться.

Тёплая рука ложится на мою щёку, и от каждого нежного движения его большого пальца я таю, как мороженое, мурашки проносятся по моему телу, окатывая приятным теплом от макушки до кончиков пальцев. Невероятно – в меня будто вкололи лошадиную дозу морфия, ещё мгновение, и я просто упаду от переизбытка чувств.

— Скажи мне, что это не конец, – шепчет мой северный принц. – Мы же увидимся? После того как ты закончишь в Монреале, а у меня закончится серия выездных игр?

— Конечно, увидимся, – снова он вынуждает меня так сильно улыбаться, только с ним я такая.

Такая глупая? Наивная? Или так ощущается счастье и предвкушение чего-то прекрасного?

О чёрт, Сандра, ты влюбилась! Ты так сильно влюбилась, хоть всеми способами пыталась этого избежать.

— Тогда… до новой встречи?

— Да, до новой встречи…

Антон соединяет наши лбы, не выпуская моё лицо из своих огромных ладоней.

— Я так сильно хочу тебя поцеловать, – вздыхает он и тем самым выбивает у меня почву из-под ног.

И я этого хочу. Очень сильно.

— Но не буду, – как ледяной водой окатывает.

Я даже не нахожу что ответить, я возбуждена, переполнена эмоциями и сбита с толку, так что единственное, что могу, – это смотреть ему в глаза и стоять на ногах только благодаря тому, что он меня удерживает.

— Потому что не смогу остановиться, – добавляет он и целует меня в волосы, рядом с правым виском. – Davay provedem Novyy god vmeste?

Новая пуля – и, как всегда, в самое сердце.

— Novyy god? – переспрашиваю я, также, как и он, резко переходя на русский. – Kak prinyato delat eto v Rossii? S seledkoy pod shuboy i pozdravleniyem prezidenta?

— Это был бы мой лучший Новый год, – признаётся Антон, и я вижу, как загораются его глаза.

— Думаю, мы можем это устроить. Наймёшь меня в качестве повара?

— Не дождёшься, – усмехнувшись, он шумно вдыхает воздух сквозь мои волосы и делает шаг назад. – Всё, Сандра! Уходи! Если не планируешь остаться, то прекрати испытывать моё терпение, я… Я пытаюсь быть джентльменом.

Меня сводит с ума его умение отступить, ждать, вести себя как настоящий мужчина. Всё в его поведении теперь кажется мне таким сексуальным, даже то, как он общался со мной, когда я только начала на него работать. Такой угрюмый русский медведь с большим сердцем.

Через десять минут такси ждёт меня у дома, и мы молча прощаемся, потому что никто из нас на самом деле не хочет говорить «прощай», единственное, как мы обозначаем расставание, – это лёгкий взмах руки, в то время как наши глаза кричат «это ещё не конец».