Книга Лёд и Сахар, страница 50 – Анна Эйч

— Ей это не нравилось! – выдаю своё желание отвадить от Сандры всех особей мужского пола за её личное решение.

— Думаешь, я не понял? – усмехается Купер. – Она весь вечер смотрела только на тебя, а ты на неё, мне просто было интересно, когда ты уже наконец-то включишь мужика и сделаешь что-то…

Ладно, я не тупой. Я понимаю, о чём он говорит, точнее, начинаю понимать. Он что, всё время, пока мы играли в бильярд, клеился к ней только чтобы расшевелить меня? Купер продолжает:

— Удар по моим шарам был, конечно, перебор, за это я тебе позже на льду выскажу, но в целом молодец, а то я уже думал, ты совсем безнадёжен.

Хочу начать всё отрицать, но он снова меня опережает.

— Соколов, не утруждайся, – Мэтт кладёт свою огромную руку мне на плечо. – Сандра классная девчонка, но она мне не интересна, тем более, когда уже очевидно занята кем-то из команды.

— У нас ничего нет, – буркнув, я отхожу от Мэтта и укладываюсь обратно на скамью в надежде сделать ещё пару подходов без угрозы смерти.

— Так сделай, чтобы было, понятно же, что она тебе нравится.

— Не нравится, – выдавливаю вместе с жимом от груди.

— Как скажешь, – ржёт придурок. – Я уже видел подобное, и все истории заканчивались одинаково, но ты продолжай сопротивляться, это будет даже весело.

С этими словами он закидывает полотенце на плечо и направляется к выходу, а я остаюсь наедине с бездушным металлом, чтобы окончательно вымотать себя и убедить, что мне не нравится девушка, живущая через одну дверь от моей спальни.

* * *

Я притащился домой ближе к двенадцати часам ночи, проигнорировав тот факт, что я отец шестилетки и не могу себе позволять подобное поведение. Зайдя в квартиру, я в первую очередь проверяю спальню Марка, он мирно спит, и я подозреваю, что это заслуга Сандры, иначе сын точно сейчас смотрел бы телевизор или играл в приставку.

Почему она не может просто пойти спать?

Кухня. Место, куда меня магнитом тянет и которое теперь я должен обходить стороной. Я позвонил ей на выходных и сказал больше, чем следовало. Но меня так накрыло в тот момент раздирающее чувство одиночества, что я не сдержался. Сын был на сборах, все мои друзья остались в Нью-Йорке, а новых я ещё не успел толком завести, хотя, если честно, и не сильно работал над этим вопросом. В общем, в тот вечер, когда я нажал кнопку вызова под именем «Сандра», я был в отчаянии, снова оказался в сыром подвале детдома совсем один, и как бы эгоистично это ни звучало, роскошная квартира в элитном районе Торонто никак не спасала ситуацию. Мне всё так же было холодно, больно, страшно и, сука, одиноко!

Мне 32 года, я уже давно должен был проработать все эти детские травмы, научиться справляться с депрессией, решать проблемы по-взрослому. Но на деле я совершаю старые ошибки с новыми людьми. Тяну Сандру в отношения, не имеющие будущего. Она мечтает уехать в Европу, я – играть в хоккей и быть с сыном. Ей нужна работа, а мне – трезвая голова. Она – мой повар, а я – её работодатель.

Всё это отлично звучало в моей голове, очень логично, взвешенно, разумно. Но стоит мне переступить порог кухни, найти глазами мелькающую по ней фигуру в голубой рубашке и струящемся платье до пола, этот озорной бантик, удерживающий непослушные прядки её вьющихся пышных волос… все рациональные доводы растворяются в невидимую пыль.