Книга Арахнид, страница 39 – И. В. Офелия

— Где и когда состоится ваша следующая охота? – Я вернулся из своих мыслей, не дав им увести меня слишком далеко.

— Завтра. В Гнезде, в котором мы еще никогда не были. Они называют его «Сполдинг».

— Похоже, ты совсем без колебаний мне об этом говоришь. Почему же?

— Потому что у нас ушли месяцы, чтобы заслужить их доверие и получить приглашение. Сомневаюсь, что вас туда допустят. Алина вела переговоры с Сиром, который изначально не горел желанием соблюдать какие-либо правила ради присутствия Гостей.

Я кивнул, сделав вид, будто этих объяснений мне достаточно. Медленно поднялся – и Эдит тут же последовала моему примеру.

— Думаю, на сегодня наша беседа окончена.

— Ты так и не ответил, кого ищешь.

— Возможно, в следующий раз, когда мы встретимся, уже найду ее.– Я усмехнулся, встав со стула. Самое тревожное крылось в том, как Эдит, казалось, восхищалась дурной славой Алины. Похоже, на этот раз ее уважали за то, кто она есть. Мне было важно выяснить, сколько людей находится под ее влиянием, если мы собираемся захватить ее Гнездо – хотя я надеялся убедить Алину, при необходимости силой.

Очевидно, что на этот раз ей было что терять. Любая угроза теперь могла вызвать у нее лишь самую беспощадную реакцию.

— Сайлас. – Люка бросил мне предостерегающий взгляд, пока следовал за мной. – Я знаю, о чем ты думаешь…

— Нет, не знаешь.

— Нас будут превосходить числом.

— Нет, Люка. Это разумные люди. Нам достаточно приставить лезвие к горлу одной из них – и Алина сдастся. Все сдадутся. Одной угрозой мы можем получить целую армию Гостей. Она не станет рисковать своим хрупким цветочным садиком.

— Откуда ты знаешь, что они окажутся ромашками, а не чертополохом?

— Чертополох здесь только Алина.

— А откуда ты знаешь, что Эдит не расскажет ей о твоих расспросах?

— Потому что Эдит вообще не должна была здесь находиться. Ты наверняка заметил, как она оглядывалась через плечо, будто моя дорогая тень могла материализоваться от одного лишь упоминания ее имени. – Я усмехнулся. – О, это будет так занимательно.

Я тосковал по времени, что мы проводили вместе, даже по тем украденным мгновениям, когда она не подозревала о моем присутствии.

Алина не появлялась в своей аптеке до семи вечера. Здание из пыльного красного кирпича, с окнами над самой лавкой, намекало на жилые помещения. Мне было любопытно, устроено ли ее новое логово так же, как прежнее. Она была сентиментальна к подобным деталям, раба привычки, так что я мог не сомневаться: здесь тоже имелась комната для допросов.

Единственным новшеством оказалось то, что она приходила позже обычного. Прежде Алина вставала на рассвете, но теперь, живя с моей сестрой, не имела нужды просыпаться так рано, чтобы встретиться с ней.

Тем утром они прибыли вместе. Было забавно видеть Фиби, одетую в платье простой горожанки. Несмотря на дешевую ткань и более практичный, рабочий покрой, она умудрилась сделать его розовым.

Алина растворилась в глубине магазина, пока Фиби хлопотала у входа. Теплый свет в лавке резко контрастировал с закоптелой мглой за окном. Зимой мне больше всего нравилась эта утренняя тьма. Она делала мир камернее, заставляя ценить любой источник света. Само волшебство святок.

В комнате наверху тускло светилось окно. Я различал мелькающую за ним тень. Вскоре тень замерла – должно быть, за рабочим столом у окна, вне моего обзора, но я понимал: Алина не теряла времени даром.