Книга Батя одного хулигана, страница 28 – Алёна Амурская

Я кивнула и поднесла кружку к губам, когда дверь в учительскую вдруг с тихим щелчком приоткрылась. В щёлку просунулась кудрявая макушка.

— Мам? - позвала Саша шёпотом. Глаза блестели, а щёки после прогулки были розовыми. - Можно на минутку?

— Саш, что случилось? - я поднялась, но дочка приложила палец к губам, напуская таинственность.

— Идите, идите, - Алла махнула мне: - Мне как раз контрольные надо проверять.

Я вышла в пустой коридор. Саша ловко уцепилась за мой рукав и потащила в сторону начальных классов, на цыпочках, как будто мы крадёмся к тайнику пиратов.

— Ну? - улыбнулась я. - Что за секрет?

Саша заговорщически огляделась, притянула меня ближе и прошептала, растягивая слова от важности:

— Угадай, что я нашла под партой у Ромы в нашем классе?

— Что?

Она вытянула руку к моему носу, как фокусница.

— Часы! Он опять их потерял!

На ее ладошке и правда лежали те самые сломанные часы с кривой надписью от какого-то Феникса. И ремешок у них был по-прежнему оборван.

Глава 10. Дважды потеряшка

Я стояла, глядя на Сашину ладошку, где лежали знакомые часы младшего Гаранина.

— Мам, ну правда, он их опять потерял, - Саша смотрела на меня, как на свидетеля преступления. - Я под партой нашла. Они там прямо лежали, как будто ждали, когда их поднимут.

Она попыталась завести механическое колесико на часах сбоку.

— Не трогай, - сказала я автоматически. А потом всё-таки добавила мягче: - Дай их мне.

Она осторожно передала находку, будто это не часы, а что-то волшебное. Я присела на край парты и принялась их рассматривать внимательнее, чем в первый раз.

Старые, тяжёлые, со стеклом в трещинках и ремешком, оборванным почти пополам. Механические, взрослые. Только время в них застыло где-то между четырьмя и пятью, и заведенные стрелки еле заметно подрагивали, как будто упрямо транслировали: «я ещё жив». Такими сейчас дети не пользуются - им бы смарт-браслет или игрушку с подсветкой.

А эти были… настоящими. С характером. Как их хозяин.

— Интересно, сколько им лет… - пробормотала я, больше себе, чем дочке.

— Наверное, древние, - фыркнула Саша. - Как у дедушек в кино.

Я улыбнулась.

— Только дедушки свои часы обычно берегут, а не теряют по три раза за месяц.

— А он не дедушка, он Рома, - пожала плечами Саша. - Он просто… странный.

— Почему странный?

— Ну… - она села на соседнюю парту, болтая ногами. - Он злится всё время. И глаза у него такие… грустные. Но он всё время делает вид, что ему всё равно.

Я посмотрела на дочь - такая маленькая, а подмечает тонкости, на которые взрослые и внимания не обращают.

— Не всё равно, - сказала я. - Просто он не верит, что не всё равно другим вокруг него.

Саша кивнула, как будто это был ответ на очень старый вопрос. Потом вдруг добавила:

— А он сегодня вообще не был на физре.

— Ты уверена?

— Угу. Я видела, как он с теми, из второго “Б”, за гаражами бегал. Они там что-то строили из палок.

Я вздохнула. Значит, снова сбежал. А я-то после той истории с третьеклассниками и разговоров в кабинете его отца надеялась, что хотя бы пару недель он будет держаться спокойно. Выходит, напрасно.

— Спасибо, что сказала, Саш. Завтра я с ним поговорю.

— А может, не надо? - осторожно спросила она. - Он же всё равно скажет, что ничего не было.