Книга Развод. Учись жить без меня. Книга 1, страница 44 – Елена Валерьева

Безопасный.

Черт.

Я всегда думал, что для Мирославы я именно это и был. Опора. Дом. Стена. Мужчина, рядом с которым можно не оглядываться.

А теперь сам стал для нее источником угрозы.

Это было, наверное, самым справедливым и самым невыносимым наказанием за все, что я сделал.

---

Глава 29. Мирослава

Глава 29. Мирослава

К вечеру я вымоталась так, будто разгружала вагоны.

Хотя фактически весь день провела между ноутбуком, телефоном и разговорами. Но, оказывается, моральная война жрет силы не хуже физической. Особенно когда ты беременная, у тебя скачет давление, тянет поясницу, а еще нужно следить, чтобы твои слезы случайно не превратились в чей-то подарок.

Роман прислал то, что обещал.

Файлы пришли архивом. Переписка. Внутренние заметки. Пара голосовых расшифровок. Не весь объем, но более чем достаточно, чтобы волосы у меня на затылке встали дыбом.

В одном из сообщений помощник Дерезина сухо писал:

“Основная цель — эмоционально дестабилизировать объект до родов, чтобы К. был вынужден вернуться в переговорный контур на наших условиях.”

Объект.

Это была я.

Я.

Женщина с ребенком под сердцем.

Не человек. Не жена. Не мать.

Объект.

Я перечитала эту строчку раз десять. И с каждым разом во мне поднималось что-то все темнее. Все холоднее. Все решительнее.

— Вот ублюдки, — выдохнула Людмила за моим плечом.

Вера Ильинична была еще жестче:

— Это уже не грязная сплетня. Это практически признание в целенаправленном психологическом давлении. Если грамотно развернуть, можно очень больно их ткнуть.

Я смотрела в экран и чувствовала, как во рту становится металлически сухо.

— Разворачивайте.

— Мирослава, — осторожно сказала Людмила, — ты уверена? После этого действительно дороги назад не будет.

Я повернулась к ней.

— А какая назад дорога, теть Люд? Куда? В брак, где меня уже продали и перепродали? В любовь, где мою беременность используют как точку давления? В семью, где у мужа другая беременная женщина? Мне уже некуда возвращаться. Только вперед.

Она молча обняла меня за плечи.

Я впервые заметила, как она постарела за последние недели. Словно и моя боль тоже легла на нее морщинами у глаз.

— Девочка моя, — шепнула она. — Только не ожесточайся до конца. Ладно? Не давай им забрать у тебя сердце.

Я закрыла глаза.

Поздно.

Или почти поздно.

Потому что прямо в этот момент в телефоне загорелось новое сообщение от Леона.

Нам нужно поговорить срочно. Не по телефону.

Я долго смотрела на экран.

Потом набрала ответ:

Только если это касается ребенка или новой атаки.

Точки печатались долго.

Потом пришло:

Это касается тебя.

Я едва не рассмеялась.

Конечно.

Все всегда “касается меня”, когда ему срочно нужно влезть обратно в мое пространство.

Я не ответила.

Через минуту — звонок.

Людмила посмотрела вопросительно.

Я взяла трубку и сразу включила громкую.

— Да.

— Спасибо, что хотя бы взяла.

Господи.

Этот голос.

Я даже ненавидела то, как мое тело по-прежнему откликается на его тембр. Как будто внутри все еще жив тот кусок меня, который хочет закрыть глаза, поверить и прижаться к нему лбом.

— Говори.

— Я знаю, что у тебя сейчас часть переписки от Дерезина.

Я выпрямилась.

— Откуда?

— Неважно.

— Еще как важно.

— Мира…

— Нет. Откуда ты знаешь?

Пауза.

А потом он тихо сказал: